— Забудь. Ты же знаешь, они работают только по письменному запросу. Если я попрошу их об одолжении, мне до конца своих дней придётся ишачить на них рабом и…

— А ты знаешь, кто тогда вёл это дело?

— Нет. А какое это имеет значение?

— Вещи девочки попадут к нему.

— Ну и?

— Ты его знаешь. Это был главный комиссар Бернд Менкхофф.

Какое-то время Макс слышал только дыхание Бёмера, потом его бывший напарник проговорил вдруг совсем охрипшим голосом:

— Завози это барахло ко мне.

ПОЯСНЕНИЯ ДЛЯ ЧИТАТЕЛЯ

Обер-комиссар (нем. Kriminaloberkommissar) — звание в уголовной полиции Германии, выше комиссара; примерно соответствует старшему оперуполномоченному.

Главный комиссар (нем. Kriminalhauptkommissar) — одно из старших званий в немецкой уголовной полиции; как правило, руководитель отдела или ведущий следователь по делу.

Самые свежие детективы и триллеры — на торрент-трекере «NoNaMe Club»

Глава 09

ГЛАВА 09

Он снова прошёл на кухню и достал из холодильника бутылку пива. Теперь он сидит за кухонным столом, как до прихода Бишоффа, и смотрит в пустоту. Только вещей Лени больше нет.

И всё же… с тех пор как объявились рюкзак, кукла и кофта, ему кажется, будто их короткое присутствие в доме оставило ещё какой-то след — помимо самих вещей. Будто он чувствует её ауру.

Чушь, говорит он себе. Пытается успокоиться. Лени не могла вернуться через шесть лет. А если бы и вернулась, не стала бы оставлять вещи и снова исчезать. Или стала бы?

Кто-то ведёт с ним подлую игру. Иначе и быть не может. Вот только остаётся вопрос: как этот кто-то заполучил вещи Лени — те самые, что были при ней тогда.

Звонок телефона выдёргивает его из раздумий и тут же гонит пульс вскачь. Он переводит взгляд на аппарат — тот лежит на столешнице рядом с холодильником. Даёт ему прозвонить ещё дважды, прежде чем встать и медленными, неверными шагами подойти. Всё внутри рвётся схватить трубку — в надежде услышать голос Лени, который скажет, что она вернулась и хочет его видеть. Но есть в нём и предостерегающий шёпот, от которого он стоит как вкопанный. И ему делается страшно. Страшно услышать голос Лени.

Наконец он берёт себя в руки, хватает трубку, принимает вызов и слушает с гулко бьющимся сердцем.

Дыхание. Прерывистое, как после большого усилия.

— Лени? — Собственный голос кажется ему чужим. Слишком тонкий, слишком хриплый. Слишком испуганный.

Только бы она снова не запела эту песню, думает он. Только бы не эту жуткую песню.

— Я сно-ова до-о-ома-а. — Это не песня, но снова та же чудовищная, безумная имитация детского голоса, от которой его пробирает дрожь.

Он упирается ладонью в столешницу, чуть поворачивается и приваливается к краю. Боится, что ноги вот-вот откажут.

— Лени, прошу тебя, если это ты… — снова пытается он.

— Я хочу с тобой по-игра-а-ать… папуля.

Папуля. Так Лени и вправду всегда его называла. И он не знает больше ни одного ребёнка, кто звал бы отца так. Мысли несутся вскачь. Свободной рукой он хватается за лоб, проводит по нему, потом по лицу.

— Лени, прошу. Что бы ты ни думала и что бы за эти годы ни…

— Поиграешь со мной, папуля?

— Я… Да, всё что хочешь, только, прошу тебя, вернись домой.

— Сначала поиграем, сначала поиграем. — Снова этот кошмарный распев.

— Где ты? Разве мы не можем поиграть здесь? — Хотя ещё трезвая часть рассудка твердит ему, что говорит он не с Лени, что это не может быть Лени, что-то в нём всё равно цепляется за надежду: а вдруг это всё-таки она. Вдруг ей как-то удалось…

— Сначала пои-гра-аем, папуля. А потом я приду.

Эта манера говорить. Будто она совсем лишилась рассудка.

— Тогда… ты придёшь?

— О да. И тогда я тебя убью.

Самые свежие детективы и триллеры — на торрент-трекере «NoNaMe Club»

Глава 10

ГЛАВА 10

Примерно сорок пять километров до квартиры Бёмера в Фольмерсверте Макс одолел за три четверти часа. Когда он встал перед дверью, было почти половина двенадцатого, и даже тот, кто знал Хорста Бёмера не так хорошо, как Макс, прочёл бы на лице главного комиссара всё, что тот думал о необходимости открывать в такой час. И всё же Бёмер выдавил из себя улыбку.

— Ты что, через Вупперталь ехал?

— Извини, — отозвался Макс и поставил рюкзак на пол перед бывшим напарником. — Знаю, что поздно, я сейчас же уеду. Тут всё.

— Да ладно. — Бёмер оглядел рюкзак у своих ног, потом снова поднял взгляд на Макса. — Ни пакета, ни перчаток… Так понимаю, отец девочки тоже на следы плевать хотел — хватал всё по сто раз, вертел туда-сюда, снова хватал…

— Так и есть.

— И зачем мне тогда тащить это в лабораторию? Любой след, какой там мог быть, давно уничтожен.

— Может быть. Но тут уже ничего не поделаешь. Отец, который через шесть лет вдруг находит у себя дома вещи пропавшей дочери — те, что были при ней в последний день, — о таком не думает. Я брал рюкзак только за лямку.