Аппарат лежит экраном вниз на столешнице у плиты, темнеет чёрным пятном в скудном остатке света. Он встаёт, тянется к нему, принимает вызов:

— Бенц?

В ответ — тишина, только короткие, частые вдохи.

— Алло? Кто это? — Он снова ждёт. И отклик приходит, как раз когда он уже собирается дать отбой. Высокий голос — как у маленькой девочки. Нет, поправляет он себя, как у того, кто девочку изображает. Жутко, почти безумно. И этот голос поёт:

Тёмно, тёмно, тёмно, тёмно,

Светлячок мерцает скромно,

Филин ухает в овраге,

Прячась в полуночном мраке.

Час полночный, час глубокий,

Ворон каркнет одинокий.

Лес от жутких звуков глохнет,

А покойник вдруг как охнет:

«У-у, у-у, у-у-у…»

Волоски на предплечье встают дыбом, и в тот же миг вдоль позвоночника ползёт ледяная дрожь.

— Лени? — Голос звучит тонко. Вместо ответа — снова рваное, прерывистое дыхание.

— Лени, если это ты, скажи хоть что-нибудь, прошу тебя.

— Тёмно, тёмно, тёмно, тёмно… — пронзительно повторяет поддельный детский голосок, и связь обрывается.

Он медленно опускает руку с трубкой и прислоняется к столешнице.

Тёмно, тёмно, тёмно… Детская песенка, которую его мать когда-то пела с Лени. Давным-давно. Он её всегда терпеть не мог.

Как в трансе он возвращается к стулу, оседает на сиденье и смотрит на куклу.

Самые свежие детективы и триллеры — на торрент-трекере «NoNaMe Club»

Глава 07

ГЛАВА 07

Макс не смог бы сказать, сколько просидел так: глаза прикованы к визитке, а взгляд устремлён куда-то вдаль. Он внушал себе, будто ведёт внутреннюю борьбу, — но на самом деле, и сам это уже знал, всё было решено.

Почти механическим движением он взял смартфон, разблокировал экран и набрал цифры с визитки. Поднёс телефон к уху.

— Бенц, — раздался после четвёртого гудка голос, лишь отдалённо напоминавший голос человека, который несколькими часами ранее хотел его нанять. Усталый, надломленный.

— Это Макс Бишофф. У вас всё в порядке?

Короткая пауза, прежде чем мужчина ответил.

— Не понимаю вашего вопроса, господин Бишофф. Я ведь рассказал, зачем хочу вас нанять. Какой уж тут порядок?

— Голос у вас очень усталый, потому и спрашиваю, — отозвался Макс, которому было не до подобных словесных тонкостей.

— Извините. Я совсем выбит из колеи. Хорошо, что вы позвонили. Вы мне поможете?

— Пока не знаю.

— Это уже лучше, чем то категорическое «нет» в университете.

— Я хотел бы побольше узнать об обстоятельствах, при которых ваша дочь исчезла шесть лет назад.

— Хорошо. Что вы хотите знать?

— Не по телефону. И ещё я хочу увидеть вещи Лени, которые у вас снова объявились. — Это была правда, но лишь половина правды. Макса интересовало и другое: где и как живёт Роберт Бенц. — Лучше всего будет, если я приеду к вам.

— Э-э… да, конечно… — ответил Бенц, явно застигнутый предложением врасплох. — Когда?

Макс вспомнил, что назавтра после университета у него встреча с Кирстен.

— Я мог бы прямо сейчас.

— Сейчас? Но ведь уже наверняка девятый час…

— Господин Бенц, мне выслушать вашу историю или нет?

— Да, разумеется, то есть… хорошо. Тогда прямо сейчас.

— Какой адрес?

Бенц назвал адрес в Кёльн-Брюке — правобережном районе округа Кальк. Макс придвинул к себе блокнот и ручку, всегда лежавшие с краю стола, и записал улицу и номер дома.

— Буду у вас примерно через три четверти часа. До встречи.

Отложив телефон, он ещё мгновение сидел не двигаясь и думал, не совершает ли ошибку. Потом перед глазами снова встали фотографии Леа и Софии. Маленькие девочки, чья жизнь должна была пока состоять из игр и беспечного смеха, — а они теперь либо до смерти напуганы, либо покалечены, либо, может статься, уже мертвы. Так или иначе, их жизнь жестоко переломилась, беззаботное детство безжалостно оборвалось. Потому что какой-то подонок так решил.

Макс резко поднялся. Он больше не мог делать вид, будто всё происходящее вокруг с тех пор, как он сдал служебное удостоверение, его не касается.

От своей квартиры в Унтербильке до адреса в Брюке Макс добрался без малого за сорок минут. За это время он смахнул последние сомнения в том, что собирался сделать, и сосредоточился на предстоящем разговоре с человеком, который верил, что его пропавшая шесть лет назад дочь вдруг отыскалась. Сценарий более чем сомнительный — если, конечно, Лени тогда стала жертвой того же преступника, что похитил и остальных девочек.

По всему, что Макс знал о составлении профилей и анализе подобных дел, факт оставался фактом: за все эти годы ни одного из исчезнувших детей не нашли мёртвым. И это почти не говорило в пользу того, что они живы. Скорее наоборот: вероятнее, что преступник особенно тщательно избавлялся от тел, понимая — иначе на жертве могут остаться его следы.