Сейчас он, как активный участник недавней стычки, пытался собрать воедино картину происходящего, пока я просматривал копии отчётов о событиях на площади. У меня их было два комплекта: один — переданный от королевы, другой — полученный по моему запросу от Церкви.

Ситуация, выраженная в сухих цифрах, была неприятной. Но жертв, к счастью, оказалось не так много, как могло бы быть, не перекрой я тогда проход на главную улицу. Из незначительных, но всё же плюсов — временное ослабление ночного «дна» столицы. Стражники в целом неплохо выполняли свою работу, но те или иные бандитские формирования в городе всё равно существовали. И труппа, сопровождавшая Крысолова, судя по опознанию, почти полностью состояла из таких отребьев.

Стрелка, выпустившего по мне первую стрелу, так и не нашли. Жаль, конечно, но надежды на это изначально было немного.

Вместе с церковной посылкой я получил и весточку от Кроу, пропахшую дешёвым спиртом, в которой тот упоминал, что мои рыцари, выздоравливая в том же храме, не забывали шептать пострадавшим, как принц Аллан самоотверженно сражался с нападавшими, чтобы спасти их. Надо будет как-нибудь что-то сделать с их манией сочинять такие героические сказки, но пока что подобные «подробности» пойдут только на пользу общему делу.

Задумавшись на мгновение о ходе этих самых «дел», я ответил Гансу:

— Не всегда прямая выгода заключается в самой высокой цене. Сейчас самое важное — это личные отношения и возможность не упустить след. К тому же, как ты верно заметил, было потрачено много средств и усилий. А это обременяет.

Я наконец-то смогу пустить все эти драгоценности в дело, после того как Гримхильда разберётся с моими дарами — к слову, она уже перенесла их в свою личную лабораторию, куда допустила и вашего скромного принца. Меня в сопровождении левитирующих ящиков и под отводом глаз, провели в святая святых любого мага.

С учётом восстановления боеспособности моих людей и возможности использовать эту небольшую «гору» золота в самоцветном эквиваленте — что я собственноручно превратив драгоценности в подложку для магических камней, — ситуация начинает выглядеть куда оптимистичнее. Да и к тому же без риска, что содержимое моей кладовки неожиданно сменит класс на Кетер.

Но всё это случится чуть позже. После того как Гримхильда подготовится к тому самому ритуалу. Чего я, собственно, и жду. А пока спускаюсь в темницы, чтобы поговорить с теми, кто эти отчеты и написал, у меня есть пара вопросов и может быть, это поможет с дальнейшим поиском информации.

Глава 18

Я стоял каменным истуканом, лицо моё было лишено всякого выражения, пока я смотрел сквозь толстые железные прутья вглубь камеры. Королевский дознаватель провёл для меня подробную «экскурсию», по большей части пересказав то, что я уже видел в письменных отчётах.

Немногие из выживших носителей карнавальных масок, были опознаны как члены различных столичных банд. Большинство из них всё ещё не могли прийти в себя даже под опытными руками допрашивающих, из-за последствий снятого длительного контроля их сознание блуждало в бреду. От парочки тех, кто сохранил крохи разума, ничего полезного узнать не удалось. Разве что удалось очертить временные рамки действий Крысолова — провалы в памяти у его «марионеток» начались примерно неделю назад.

Неприятной новостью было то, что труп мастера флейты, помещённый в прозекторскую этажом ниже, начал истлевать с видимой скоростью, подобно своему главному инструменту. Узнав об этом, я едва не перевернул дворец вверх дном, заподозрив посмертный «подарочек» и сейчас его активировали. Но обошлось. Прежде чем я начал красочно объяснять, насколько глубоко и куда именно следует засунуть правила техники безопасности тем, кто притащил сюда тело без должных предосторожностей, мне сообщили, что предосторожности таки были приняты — лично королевой. Она сама всё проверила и отдала соответствующие распоряжения. Подозреваю, она не поскупилась и на дополнительные защитные чары.

Но, возвращаясь к телу Крысолова… То, что он медленно рассыпается в пыль, имеет несколько возможных причин. Мало среди них хороших, но большинство — это личные проблемы самого покойного. Раз экспертиза от самой сведущей в этом месте ведьмы ничего подозрительного не выявила, добавить мне больше нечего. По крайней мере, в контексте поиска заказчиков покушения.

Мой тихий, осторожный намёк на возможность применения чего-то из тёмного арсенала для допроса… ну, альтернативно живых, был воспринят категорично отрицательно. То ли Гримхильда и вправду непримирима к некромантии, то ли очень хочет убедить в этом меня. Давить я не стал — и сам не горел особым желанием связываться с подобным. Придётся использовать осколки флейты, что ещё сохранились, будучи завёрнутыми в зачарованную полотно, за которую мне по любому придёт счёт от церковников.