Только вот монарший род почти прервался. Белоснежка — единственная надежда на продолжение почти что мёртвой фамилии. Традиционно в таких ситуациях дети возьмут имя рода матери, что добавляло изрядной пищи для зубоскальства моим недругам дома. Тут к таким вещам относились щепетильно, но мне было полностью плевать. Дети в любом случае будут моими, а какая у них фамилия — дело десятое. Хоть Румпельштильцхен, не к ночи будь помянут.

А ещё… с местным королевским родом всё довольно мутно. Один ребёнок у предыдущей королевы — девочка. Когда малышке исполняется семь, её мать умирает от загадочной болезни. Проходит год, и монарх женится повторно — на принцессе соседнего государства. Причём Гримхильда до этого в Дюлоке ни разу не бывала. Ещё удивительнее, что уже через месяц после свадьбы на земли королевства вторгается другой сосед — то самое королевство, откуда была родом предыдущая супруга короля. Монарх, как и полагается в случаях, когда нет других мужчин его фамилии, подходящих на роль лидера армии, отправляется на фронт… где бездарно гибнет, потеряв кучу хороших воинов. Лишь мастерство одного из лордов, принявшего жезл главнокомандующего, позволило выбить агрессора… Который после этого быстро предложил мир, не менее быстро подписанный уже нынешней королевой, что до сегодняшнего дня и продолжает держать траур.

— Совершенно не элементарно, Ватсон, — пробулькал я себе под нос, медленно погружаясь в воду по самые уши.

Глава 3

Я разминулся с летевшим в мою голову кулаком на пару сантиметров и продолжил отходить, используя короткий дриблинг чтобы держать дистанцию и уворачиваться.

Вообще-то я не любитель проводить разминку в формате спарринга. Но как-то так сложилось, что на этот раз у нас был зритель, и я согласился на предложение Ганса устроить небольшое шоу.

Смазанное касание по моему блоку при очередном уклоне отдалось глухой, неприятной болью в предплечье.

«Тц, совсем не поддается, гаденыш».

Напротив, он во всю развивает своё преимущество в чистой, грубой силе, методично выдавливая меня.

Вообще, заслугой того, что я согласился на рукопашную с Гансом, было скорее утро и моя сонливость после тяжёлого дня и раннего подъема, нежели красноречие Ганса. Но стоит отдать должное — я действительно быстро вернул себе бодрость под таким напором.

Я почти не бью в ответ. Лишь изредка потыкиваю почти не прикрывающегося Ганса то в лицо, то в печень. С него это слетает, как с гуся вода.

Я не люблю спарринги в рукопашную, да. А особенно не люблю спарринги с Гансом. Не до конца уверен, что именно сделали с близнецами ведьма, а затем церковники, которым я их сдал для проверки и ради купирования возможных проблем. Но точно известно, что и Гензель, и Гретель изначально обладали зачатками слабенького дара. Потому их ведьма и выбрала, а после принялась проводить над ними «сладкий» ритуал, готовя себе особенное блюдо.

Дар — вообще штука неоднозначная. Та его форма, что встречается у магов и ведьм, — достаточно редкое проявление. Гораздо чаще это просто гипертрофированно усиленная черта физиологии.

После ведьмы и церковников у близнецов появилось очень ярковыраженное усиление физических аспектов. Да, я принял их в свою свиту и буквально воспитал не просто из доброты душевной, и взгляда грустного олененка Гретты, но и по более прагматичным причинам. Ну и именные персонажи как ни как.

Ганс, несмотря на то что всё ещё не вышел на свой физический пик, уже гораздо более стойкий и сильный, чем я — впахивающий на тренировках чуть ли не с пелёнок. Остаётся радоваться, что могу побороть в армрестлинге хотя бы Гретту, сидящую неподалёку и стерегущую нашу гостью, потому что её сильная сторона — это скорость. Она настолько быстрая, что я вообще не представляю, как мне побеждать её в хоть сколько-то честном поединке.

Если бы в меня сейчас не летел удар, способный раскрошить не самый твёрдый камень, моя рожа скукожилась бы в трубочку от столь тоскливых мыслей. Но кулак был, и было моё желание поскорее закончить с этим, желательно не получая в лишний раз по лицу. В обычной ситуации, где только мы втроём, я бы уже сдал бой. Но и мне не чуждо желание покрасоваться перед зрителями.

А потому нужно закончить всё быстро, за одно, максимум два действия.

Я стал огрызаться чуть активнее. Это было бесполезно против его бронированной стойки, но дало мне возможность разорвать дистанцию в тот момент, когда Ганс сам, чуть расслабившись, сделал полшага назад.

У меня появилось мгновение на то, чтобы сделать свой ход. Всего один шанс, который нельзя потратить впустую. Я должен выбрать максимально изящный способ переломить ситуацию. Это должен быть апофеоз моего опыта, филигранная работа.

Я чуть повернулся к нему боком, а затем встал как вкопанный, вытаращил глаза и, указывая куда-то за его спину рукой, крикнул:

— Смотри, да это же медведь!

Ганс на это не повёлся. Не в третий же раз. Даже неловкой паузы не было. У Ганса только слегка дёрнулась бровь, прежде чем он, не теряя ни секунды, бросился в атаку на открывшегося меня. Ожидаемо.