Весь наряд говорил о качестве без показной роскоши – о том самом достатке, который не нуждается в громких заявлениях. Каждая вещь была сделана так, чтобы пережить долгие путешествия, и именно качество ткани и тонкие чары, вплетённые в неё, выдавали истинную стоимость этого облачения.

Тёмные волосы Лиша по-прежнему слегка вились и топорщились, но теперь его лицо украшали внушительные, ухоженные бакенбарды, без усов и бороды.

Передо мной стоял совсем другой человек: чуть выше, суше, немного более жилистый. Старше, но ещё далеко не старик. Мужчина в расцвете сил... или, возможно, только перешагнувший этот пик.

— Ты вырос, — произнёс я очевидное, чуть склонив голову и запоминая его новый облик. — Это... сбивает с толку.

Хотя бы потому, что недавние воспоминания, которые я прожил заново, противоречили тому, что видели мои глаза.

Да и сами эти годы для меня пролетели быстро.

Лиш добродушно хмыкнул, и голос у него стал хриплее, менее знакомым. Зато взгляд у него был направлен не на меня: смеясь, он оценивал периметр огорода, и я сразу узнал привычку, о которой он, вероятно, даже не подозревал.

— Прошло пятнадцать лет, Ал, — сказал он, слезая с козел. Двигался он с тяжёлой экономией сил, которой я раньше за ним не замечал. Он не спрыгнул, а спустился, сперва проверив землю ногой и лишь потом перенеся вес. — Я, конечно, знал, что ты не изменишься вовсе, но увидеть своими глазами... совсем другое дело!

Похоже, талант озвучивать очевидное он не растерял.

И всё же по всему – по осанке, по манере речи – было ясно: во многом передо мной стоял иной человек. Исчезла та мальчишеская неуверенность, которую он обычно излучал за пределами лабораторий. Теперь у него была выправка; он держался и говорил твёрдо, как человек, у которого уверенности в избытке.

— С возвращением в Ирем, Тойфлиш, — сказал я просто, чтобы отметить момент. — Чувствуй себя как дома.

— Благодарю, — он легко кивнул. — Надеюсь, от города хоть что-то осталось. Учитывая, насколько скупо ты писал о чём-либо, кроме заметок по исследованиям, я боялся, что ты уже разобрал половину Ирема ради «сохранения»! — улыбнулся он.

Я ответил ему лёгкой улыбкой, как делал обычно, просто показывая, что оценил юмор.

— Будь у меня больше времени и сил, я бы постарался восстановить больше. Вернуть хотя бы часть «микроистории», если угодно. Но времени у меня не было.

Лиш моргнул, словно слегка опешив.

— Постой, восстановить...?

Я лишь покачал головой.

— Ничего грандиозного. Я закончил зачистку окрестностей, убедился, что протомимиков больше нет. В последний раз я наткнулся на одного два года назад, — припомнил я. — И ещё мне приходилось заниматься текущим ремонтом все эти годы.

Не было смысла упоминать, что я перелопатил в архивах Академии немало книг по иремской архитектуре и строительным чарам, чтобы хотя бы привести в порядок фасады на основных улицах, по которым я ходил чаще всего.

Я не чужд руинам, но видеть подобные археологические сокровища в запустении было... неприятно. Это вызывало навязчивое раздражение каждый раз, когда я проходил мимо.

По-настоящему восстановить большую часть зданий мне не хватало времени, но осмотреть их и убедиться, что они не рухнут, было мне по силам. Как и подправить кое-что снаружи, используя аутентичные материалы и техники, насколько я их понимал.

— Как добрался? — спросил я, глядя ему в лицо. — Не думал, что ты перенимешь у знати привычку опаздывать с таким шиком.

— Ты шутишь, Ал, но, учитывая, что ты никогда нормально не общался со знатью, ты и представить не можешь, насколько это близко к правде, — вздохнул он, качая головой. — А если по существу... демоны.

Я мгновенно напрягся, но некромант лишь отмахнулся.

— Ничего, о чём стоило бы переживать. Одного встретил по пути из Империи, пришлось потратить время, чтобы выследить и добить его. Потом наткнулся на второго, в том, что осталось от небольшой деревеньки недалеко от границы со Срединными землями, — буднично сказал он, но с мрачной ноткой, оглядывая огород. — Вижу, ты и здесь почти ничего не менял.

Я проследил за его взглядом к кривоватым грядкам с картофелем и мысленно отметил, что удача у Лиша по-прежнему отвратительная.

Я сам за всё время встретил лишь одного демона. Впрочем, вероятно, потому, что специально выбирал самые глухие маршруты.

— Не видел смысла, — ответил я, переводя взгляд на его конструкты. Под плащами у них были вовсе не скелеты, к которым я привык. И не Стражи. Это были хорошо сохранившиеся тела, без намёка на гниение; скорее, они выглядели как мертвенно-бледные, молчаливые люди. Даже одежда под одинаковыми плащами, явно часть защитной маскировки, была добротной и разной. — Огород выполняет свою функцию, а я всё равно редко поднимаюсь сюда. Почти никогда, если не вынужден.

— Должно быть, приятно не зависеть от солнечного света, — задумчиво произнёс Лиш. — Я отлично помню, что больше всего в городе меня угнетала тьма. И сухой воздух.