Впрочем, итоговое проклятие оказалось не просто сочетанием одного преобразования и одного плетения. Творить магию оказалось куда труднее.

В процессе создания моего проклятия я открыл третий шаг формирования заклинания – шаблон. Шаблон есть ничто иное как определённая комбинация преобразований и плетений, которая даёт тот или иной эффект. Если угодно, мини‑заклинание. Например, моё проклятие, Резонирующая Душа, состоит из пяти шаблонов.

Один отвечает за то, чтобы проникнуть в цель; второй – почувствовать душу и дать мне отклик; третий – склонить душу к воспоминанию; четвёртый – связать душу с телом; пятый – протолкнуть всплывшее воспоминание из души в тело.

Я понимал, что способов улучшить Резонирующую Душу, вероятно, бесчисленное множество. И теперь мне стало ясно, почему даже в Писании Богини, почитаемой в этом мире, говорится, что демоны обычно сосредоточиваются на оттачивании одного конкретного вида магии или проклятия. Это логично, ведь чтобы создать Резонирующую Душу, мне пришлось исследовать колоссальный пласт всего, что лежит вокруг моей области.

Если представить магию эдакой тёмной комнатой, то область вокруг Резонирующей Души – единственное место, где я зажёг несколько свечей. В этой «освещённой» зоне я, вероятно, мог бы создавать новые вещи с куда меньшими усилиями, чем если бы попытался уйти в сторону, скажем, сочинения огненной стрелы для стрельбы.

Иными словами, выгоднее расширять горизонты там, где я уже компетентен, чем каждый раз начинать с нуля.

Вот почему меня так интересовали человеческие заклинания. Это плод чужого труда, по самой природе своей воспроизводимый. С каждым заклинанием – пусть даже кажущимся бесполезным или нишевым – я мог постигать множество тонких энергетических взаимодействий, о которых сам не догадывался и с которыми не сталкивался. Способы придавать мане форму ради эффектов, до которых в одиночку я бы не додумался; маленькие, но рабочие взаимодействия, которые не нужно нащупывать вслепую.

Понадобится время, чтобы разобраться во всех преобразованиях, плетениях и шаблонах внутри каждого заклинания, но их можно изучать отдельно от самого заклинания – и уже на их основе конструировать свои собственные.

Разумеется, всё не настолько просто: я, скорее всего, видел лишь верхушку айсберга издалека. В магии, несмотря на все мои изыскания, я пока лишь новичок.

Сначала мои открытия в области магии сильно меня озадачивали. Разве в манге не говорилось, что главное в колдовстве это воображение? Почему же магия тогда оказалась больше похожа на электротехнику – с её бесчисленными резисторами, схемами и проводами, – а не на простое размахивание руками и истовое «представлять изо всех сил»?

Но, оглядывая с широты послезнания, всё становилось на свои места. Роль воображения была. Многие мои шаблоны не давали простого, «физического» эффекта – они граничили с понятийными действиями. Например, шаблон в моём проклятии, отвечающий за «проталкивание поднятых душой воспоминаний в тело». Что это означало в физическом смысле? Я до сих пор понятия не имею. Скорее всего, именно воображение сильно влияло на результат. Будь у меня время испытать это на ком‑то, кроме себя, я бы понял, насколько можно менять исход накладывания проклятия без изменения его магической структуры, одной лишь силой воображения.

Это также объясняло и то, почему пронзающее заклинание «Зольтраак» воспринимали так, как воспринимали. Концепция‑то очевидна – сомневаюсь, что до Кваля её никто не пытался воплотить. Попытки наверняка были; просто его заклинание, судя по словам Фрирен, стало чудом магической инженерии: предельно оптимизированным, элегантным, простым и до смешного эффективным в своём назначении. Иными словами, «Зольтраак» столь результативен и без всякого участия воображения, ведь он сконструирован так, что его базовые свойства сами по себе великолепно убивают.

«Зольтраак» в сути своей магический эквивалент изобретения огнестрела, пока все остальные меряются мастерством фехтования.

Есть и другие доводы в пользу того, что я иду верным путём. Если бы воссоздать заклинание было так же просто, как представить его, не было бы нужды хранить заклинания в гримуарах и изучать магию – тем более в том, чтобы учреждения по всему миру исследовали демоническое заклинание ради создания защиты против «Зольтраака».

Отсюда следует, что воображение важно для мага в бою; но для мага‑исследователя, создающего новые заклинания, знание столь же необходимо.

— ...qui ad perditionem animarum pervagantur in mundo, divina virtute, in infernum detrude. Аминь.

Разум – вещь странная, работает по накатанным рельсам. Я сбился со счёта, сколько раз повторил молитву, сильно и глубоко задумавшись, но к тому моменту, как в очередной раз произнёс её до конца, я закончил и свои размышления.

Я чувствовал собранность, готовность. Моё ощущение магической энергии и окружающего мира ещё никогда не было таким ясным. Острее и быть не могло; я был уверен, что не упущу ни одной детали.