— Именно. Это поразительно, но я видел, как самым разным животным, даже нелюдимым хищникам, нравится этот чисто человеческий жест привязанности. Я видел, как медведи, тигры и львы, угри, змеи, пауки, птицы, кроты и даже некоторые рыбы наслаждаются поглаживаниями по голове... или по любой другой части тела, до которой человек мог дотянуться, — просто поделился он своими «клиническими наблюдениями».

Тойфлиш не выдержал и громко рассмеялся:

— Угри? Ты ведь меня разыгрываешь, да?

Будучи сыном рыбака, который к тому же нырял за жемчугом, Тойфлиш слишком хорошо знал, насколько злобными бывают эти морские змеи.

— Я абсолютно серьёзен, — покачал головой Альберт, на миг опустив взгляд в книгу. — Правда, видел я это в своей прошлой жизни, на видео. Но я почти уверен, что и к этому миру это применимо, — объяснил он, глядя куда-то вглубь своей памяти.

Лицо Тойфлиша невольно смягчилось.

Конечно, когда Альберт впервые рассказал ему свою историю, в неё было трудно поверить. Не в то, что он раньше был человеком, это как раз слишком многое объясняло. А в то, что он пришёл из другого мира, где не было магии. Даже иллюзии машин, зданий и невообразимых пейзажей не смогли убедить некроманта до конца. Нет, по-настоящему его убедили эти мелочи, крупицы знаний и мудрости, которые были просто... не отсюда.

Такие вещи нельзя было списать на то, что Альберт родом из Мифической Эпохи или с другого континента.

— Ты раньше любил животных? — не удержался Тойфлиш.

Человек рядом с ним кивнул, хотя и неуверенно.

— Пожалуй. Став взрослым, я ни за кем не ухаживал, да и цена содержания питомца всегда казалась слишком большой, — медленно объяснил он, нахмурившись, видимо, в поисках честного ответа в своей памяти. — Но сама идея мне всегда нравилась. То, что, даже не обладая разумом, они могут разделять с нами какие-то моменты, привязываться, понимать доброту и сочувствие. В моём мире, где не было ни эльфов, ни дворфов, это немножко вдохновляло, — он кивнул сам себе. — Они делали мир не таким одиноким.

Это был, пожалуй, самый «альбертовский» ответ, который Тойфлиш слышал за последнее время. Как можно говорить о животных как о чём-то постороннем? Даже в городах у многих был скот, не говоря уже о сторожевых собаках или кошках для борьбы с вредителями. Только кто-то вроде Альберта, с его опытом мира без других разумных рас, где производство еды было чем-то, о чём простые люди не заботились, мог рассуждать о животных в таком ключе.

— И всё-таки, при чём тут твой Бог? — спросил Тойфлиш, пытаясь вспомнить, было ли что-то на эту тему в Библии.

Книгу ему дал Альберт, который позаботился о её переводе, и некромант относился к ней скорее как к интересному способу заглянуть в голову демона. Он не изучал её слишком благочестиво.

При этом, это был, пожалуй, самый суровый и странный сборник сказок, который он видел в своей жизни. Местами, на удивление, даже захватывающий.

— У многих животных, которым нравятся поглаживания, в природе нет никого, кто бы прикасался к ним просто так, — объяснил демон, мельком взглянув на него. — Были, конечно, животные вроде крокодилов, которым птицы, в странном симбиозе, чистили зубы, но это не то. Например, у большинства рыб нет причин наслаждаться контактом с тёплой, хватающей человеческой конечностью или ритмичными поглаживаниями чешуи. Скорее, это должно было бы вызывать инстинкт «бей или беги», — он снова улыбнулся, давая понять, что, вероятно, говорит не совсем серьёзно. — Естественно, единственное объяснение здесь то, что Бог соизволил дать своим созданиям понимать человеческую ласку.

Эта идея заставила Тойфлиша усмехнуться. Он знал взгляды Альберта на своего Бога. Демон был убеждён, что тот существует и что этот мир, как и его предыдущий, был создан им.

Из любопытства он спросил у демона, как это соотносится с Богиней Творения, на что Альберт пожал плечами, в своей уникальной манере. То есть подробно объяснил, почему не может считать Богиню тем же существом, что и его Бог, и что кем бы она ни была, она, скорее всего, не «его Господь», а сверх того он не знает и не стремится узнать.

Тойфлиш понял это после прочтения Библии. Особенно её ранней части.

— А при чём тут монстры? — из любопытства спросил он.

Альберт просто пожал плечами.

— В мире полно безобидных монстров, — заметил он.

Тойфлиш точно знал, что он имеет в виду. Не все монстры были злонамеренно сосредоточены на нападении на людей. Многие – да, но далеко не все. Существовали целые виды, которые, будучи существами из маны, подобно демонам, не проявляли ни малейшего интереса к причинению вреда людям.

Небесные драконы, тысячелетние черепахи, нейды и ещё несколько, о которых Тойфлиш мог вспомнить навскидку.

Даже в окрестностях некрополя, где им с Альбертом пришлось зимовать, водилось несколько безобидных видов монстров, вроде тех любопытных прозрачных лис и гигантских нелетающих птиц. Альберт настаивал на том, чтобы их не трогать, утверждая, что долгосрочное истребление только злобных видов может сильно помочь региону, и что это его обычный девиз.

Именно такие мелочи, с первого дня знакомства с Альбертом, убеждали Тойфлиша не лезть к нему с расспросами о его странном поведении и природе – каким бы странным тот ни был.