На миг воцарилась тишина. Полная и всеобъемлющая, если не считать звона у меня в ушах.

— С ядом я сделал всё, что мог, — тихо сказал Тойфлиш. — Но часть его осталась в тебе. К концу дня он выйдет сам.

Это беспокоило. Но я чувствовал, что не умру: моё ядро не было повреждено, а мана моя восстанавливалась быстрее, чем её поглощал яд. Пусть скорость восстановления была жалкой и до «нормального» состояния мне было ещё далеко, но я выживу.

— Тогда нам надо идти, — сказал я, пытаясь встать, но руки меня подвели.

Известняк под ладонями был скользким. Мои руки дрожали, отказываясь держать даже часть моего веса. Яд, похоже, нарушал связь между ядром и телом.

— Ты же не серьёзно, — голос Тойфлиша был нечитаем, но плечи его слегка опустились.

— Нам нужно возвращаться, — мне с трудом удалось сесть. Пещера накренилась. — Кровь и шум битвы привлекут других монстров. Они придут из любопытства.

Мы шли сюда прямым путём к василиску, убивая лишь тех тварей, что попадались нам по дороге. Но сам некрополь был куда больше. Тойфлиш уверял, что его наставник вычистил всё ещё в первой экспедиции, поэтому мы не совались в пустые сокровищницы и тупики. А ведь именно там, как я был уверен, и обосновались новые монстры.

Тойфлиш помолчал, изучая меня. Затем он подхватил меня под правую руку и поднял, причём с куда большей силой, чем я ожидал от человека его телосложения. А может, я просто настолько ослаб, что даже такая сила казалась для меня впечатляющей.

Стоять было хуже, чем сидеть. Мои ноги словно жили своей жизнью. Без поддержки Тойфлиша я бы тут же рухнул.

— Это нелепо, — пробормотал он, но уже перекидывал мою руку себе через плечо, а своей обхватывал меня за талию.

— Яд выйдет из меня независимо от того, буду я двигаться или нет, — сказал я, чтобы его успокоить.

Никаких доказательств этому у меня, естественно не было.

Он что-то хмыкнул, но промолчал.

Мы двинулись вперёд. Мои ноги скорее волочились по полу, чем шагали. Стражи без приказа расступались перед нами, а часть воинов ушла вперёд. Труп василиска уже исчез.

Первый же подъём показал, как я был самонадеян. Каждый шаг требовал от меня огромного усилия воли, мои ноги слушались с секундным опозданием. С каждым метром Тойфлиш брал на себя всё больше моего веса, пока, по сути, не потащил меня наверх. Его челюсти были сжаты от напряжения – так близко это мог разглядеть даже я.

— Мог бы приказать своим конструктам нести меня, — предложил я, едва не утянув нас обоих за собой.

— Нет, — резко отрезал он, бросив на меня короткий, злой взгляд.

Мы остановились на первой же площадке. Тойфлиш тяжело дышал, на лбу у него блестел выступивший пот. Он осторожно прислонил меня к стене, а сам опёрся на противоположную.

— Три минуты, — сказал я, прикидывая в уме. — Если будем отдыхать столько на каждом подъёме, то успеем выбраться до того, как у твоих конструктов начнёт кончаться энергия.

По крайней мере, так Тойфлиш сам говорил о выносливости своей «армии».

Насколько энергоэффективным был Страж, я не знал.

Тойфлиш кивнул, на миг прикрыв глаза.

Холодный камень приятно студил горящую кожу. Когда у меня успел начаться жар? Яд вызывал реакции, которые моей демонической физиологии были не свойственны.

Сам факт, что тело демона может имитировать лихорадку... это открытие стоило изучить чуть позже.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил он, не открывая глаз.

— Будто мои внутренности медленно растворяются.

Он поморщился и посмотрел на меня.

— Исцеление должно было… — в его голосе послышались тревога и даже лёгкая паника.

— Оно спасло меня от неминуемой смерти. Это уже больше, чем я мог ожидать, — честно ответил я.

Молчание. Был слышен только шорох доспехов Стражей, перестраивающихся вокруг нас.

— Спасибо, — тихо сказал он, глядя в пол.

— Не за что, — ответил я, слегка качнув головой.

— Здесь я с тобой не соглашусь, — его пальцы сжались и разжались.

— Твоя смерть была бы неудобной, — сказал я, пытаясь найти причину, которая избавит его от чувства долга, и в итоге выпалил первое, что пришло мне в голову.

Не знаю, почему мне было так важно, чтобы он не чувствовал себя обязанным. На какое-то мгновение эта мысль завладела всем моим сознанием.

Тойфлиш поднял взгляд. Выражение его лица было нечитаемым.

— Неудобной, — повторил он.

— С кем бы я ещё обсуждал теорию магии? — сказал я, тем самым солгав. И тут же осознал, что натворил.

Мысленно я пообещал себе покаяться позже. Стыда я не чувствовал, но понимал, что это серьёзное нарушение, совершённое ради пустяка. Пусть даже я был не в себе.

Он слегка качнул головой и оттолкнулся от стены.

— Готов?

— Нет.

Чтобы я смог встать, ему пришлось буквально поднять меня. Едва я выпрямился, головокружение вернулось ко мне с новой силой. Пока мир вокруг шёл ходуном, я уставился на его плечо под своей рукой.