Однако тот только яростнее замотал головой.

— Н-нет, — голос мальчика всё ещё был слаб и хрипл, но в нём не было неуверенности.

Некромант почти театрально приподнял бровь.

— Я... я всё равно хочу пойти с вами, господин маг! — сказал мальчик, и голос его окреп. — Я... если я вернусь, я умру.

Некромант издал смешок. Звук вышел не злым и не особенно добрым, скорее полным ностальгии.

— Пойдёшь со мной, тоже, скорее всего, помрёшь. Я ведь говорил: дорога будет опасна.

Мальчик, впрочем, не дрогнул.

— Я не знаю, что... что будет, если я пойду с вами, — признался он. — Но знаю я вот что: если останусь, умру. Значит, я пойду.

Некромант склонил голову набок, но протянул руку.

— Что ж, склад ума у тебя подходящий, да и искра магического дара чувствуется, — по простому сказал он. — Я Ферзаген, некромант. В зависимости от того, как себя покажешь, может, и стану твоим наставником... как бы недолго это ни продлилось.

Это чувство трудно описать, понимаешь? Маг как и любой ремесленник обычно берёт в ученики собственных детей, так по всему континенту заведено. А для меня, из моего захолустья...? Маг, да ещё настоящий маг, а не тот, кто знает пару деревенских заклинаний – для меня это было нечто грандиозное. Ха-ха, я чувствовал себя так, будто, ну знаешь, меня в рыцари посвящают, ага?

— Т-Тойфлиш... Я Тойфлиш, — тихо сказал мальчик, принимая руку и поднимаясь на ноги. — С-спасибо вам большое! Я... я вас не подведу!

Ферзаген хихикнул, и в этом было что-то зловещее. Он развернулся и жестом велел мальчику следовать за ним.

— О, не торопись с такими обещаниями. Слова должны что-то значить, а не бросаться на ветер, — когда мальчик поравнялся с ним, некромант взглянул на него сверху вниз. — Я держу дорогу в Ореол. Говорят, это место, где собираются души мёртвых.

***

Альберт

— Ореол? — переспросил я, позволяя голосу передать часть моего недоверия. — Тот, что в Энде? Так называемый Рай?

Тойфлиш улыбнулся и слегка кивнул.

— Да...

Моё любопытство было не просто задето; мои мысли заметались. Ореол – место, которое с тех пор, как я здесь оказался, всегда меня занимало.

— Ты там бывал?

Тойфлиш улыбнулся чуть печально.

— Нет, — он надолго замолчал, уставившись перед собой. — Учитель говорил, что оставит меня в Империи, если к тому времени я не стану достаточно умелым некромантом. Меня гложат сомнения, что я вообще смог бы пройти такую проверку. Он всегда говорил, что я талантлив, но к моменту, когда мы добрались до столицы, я всё ещё был лишь учеником. Я бы просто не выдержал пути через раздираемые войной земли, что ждали его на пути к Энде.

Речь тут шла о Далёком Севере.

Нынешняя Империя была лишь осколком Древней Империи, та присвоила себе права преемника и в основном её презрительно игнорировали другие королевства континента. Эта Империя ещё не стала той грозной силой, какой её узнают после смерти Героя Химмеля; пока же это было просто относительно богатое северное государство. Дальше же неё, далеко на Севере, тянулся ряд мелких, вечно враждующих друг с другом королевств.

— Не знаю, что именно там произошло, но мой учитель вернулся, — сказал некромант, всё так же глядя перед собой отрешённым взглядом.

Он покачал головой.

— Впрочем, это не так уж важно. Важно то, что он объяснил мне, что именно делал на Клиппенрандском полуострове...

***

Усталый, таким мне запомнился учитель в те дни.

Как ни странно, помню я её отчётливо. Учёную комнату тогда заливал тёплый свет свечей. Самых обычных, учитель предпочитал их магическим. Стены были заставлены стеллажами из красного дерева, с книгами в кожаных переплётах, а в углу стоял полированный ореховый письменный стол. Высокие окна обрамляли тяжёлые бордовые портьеры, а на полу лежал узорчатый ковёр.

— ...Я уже говорил тебе: нашу магию нельзя раздавать направо и налево, — старик сидел за столом в простой одежде; лицо его было в морщинах, а зрение уже подводило.

Рядом стоял его ученик, подросток, ещё совсем юный.

Ферзаген продолжил:

— Думаю, ты отлично помнишь почему.

Тойфлиш неуверенно кивнул, но, несмотря на детскую моську, выражение у него было серьёзным.

— Потому что некромантия в дурных руках очень опасна. Она толкает людей на зло в погоне за силой. Поэтому её тайны мы передаём только от учителя к ученику, и поэтому так важно правильно выбирать преемника, — сказал он, с любопытством глядя на наставника.

— Верно. Большинство магов не такие, как мы. Они, как правило, не ведут свой род слишком далеко и особой гордости от этого не испытывают, — добродушно усмехнулся он. — Да и с чего бы? Многие маги начинали как самоучки, и по большому счёту ничуть от этого не страдают. Им нет нужды помнить, кто был учителем их учителя. Но мы... что ж, мы в этом плане немного другие.