— Ладно, мне пора возвращаться.

Я почти дошла до двери, когда он сказал:

— Чарли, подожди.

Он подошёл ближе, но снова оставил достаточно пространства между нами.

— Да? — спросила я.

Он немного наклонился, и что-то лёгкое и тёплое вспорхнуло в моей груди. Рис всегда был высоким, но теперь взрослый, широкий в плечах, сильный, с этими мягкими глазами… Он был полной противоположностью Джесси. Тот был таким же высоким, но не таким надёжным, не таким… настоящим. Я была мертва внутри много лет, не чувствовала ни тени влечения к мужчинам, но сейчас — вот он. Этот тихий, электрический отклик. И от этого у меня в голове вспыхнула совершенно неподобающая картинка: как мы сметаем бумаги с его стола, и он нависает надо мной…

Так. Успокойся, Чарли. Мужчина только что расстался с невестой, Бога ради.

— Прости, что схватил тебя. Я не знал, что у тебя панические атаки, — сказал он и ненадолго задумался, будто выбирая слова. — Если тебе когда-нибудь понадобится поговорить… я рядом. Понимаю, что переезд и новая работа — это стресс. Но ты можешь рассчитывать на меня, ладно? — Он мягко улыбнулся. — Говорят, слушатель из меня отличный.

— Спасибо, — выдохнула я, чувствуя, как что-то трепещет в груди. — Возможно, я обращусь.

Оставшись с ним наедине, я ощутила целый водоворот чувств, и не была готова их разбирать. Поэтому я просто вышла из его офиса.

22. ЧАРЛИ

— Подожди, так он просто схватил тебя и утащил в свой кабинет? — изумилась Нула, сидя напротив меня в шумном ресторане. Она выглядела слишком заинтересованной моим рассказом.

Была пятница, и мы договорились встретиться на обед. Нула сейчас преподавала детям пяти-шести лет, так что у неё был более короткий рабочий день — достаточно, чтобы приехать ко мне.

— Да. Он пытался избежать встречи со своей бывшей невестой, с которой я только что познакомилась и пообедала, даже не подозревая, что она его бывшая, — сказала я, морщась. — Рис практически затолкнул меня в кабинет. И у меня началась паническая атака, потому что, ну… меня всё ещё триггерит, когда меня хватают. — Я говорила тихо, и взгляд Нулы сразу смягчился.

— Ох, Чарли… — прошептала она, губы сложились в печальную линию.

— Всё нормально. Я в порядке, — я резко отмахнулась от секундного, колючего дискомфорта. — Рис, как Рис, был очень добрым и понимающим. Я просто стыжусь, что кто-то видит меня в таком состоянии.

— Рис бы никогда тебя не осудил, — сказала Нула мягко.

— Я знаю, просто… Ладно, — я откинула остатки смущения и ткнула в неё пальцем. — У меня к тебе претензия. Почему ты мне не сказала, что Рис работает на твоего отца? Было бы неплохо заранее узнать, что я окажусь коллегой парня, которому я, между прочим, отдала грёбанную девственность.

К нам подошёл официант — молодой, худощавый парень лет двадцати. Я сразу увидела, что он с трудом скрывает улыбку.

Отлично. Он, конечно же, всё слышал.

Слава богу, он быстро поставил кофе и исчез. Нула разорвала два пакетика коричневого сахара, высыпала их в латте и, помешивая ложечкой, бросила на меня слегка виноватый взгляд.

— Я знаю, что должна была сказать, но… я только-только тебя вернула, Чарли. Ты выглядела такой перегруженной после развода, такой хрупкой. Я не хотела добавлять что-то ещё, что могло бы тебя отпугнуть. Это было эгоистично, и мне жаль.

Её большие карие глаза смотрели на меня с такой искренней заботой и раскаянием, что сердиться было просто невозможно.

— Почему меня бы отпугнуло то, что я увижу Риса?

— Ну… он же был твоим первым. И вы были без ума друг от друга тем летом. Я отлично помню, сколько вы уединялись. Вы были не такими уж скрытными, как думали, — она стрельнула в меня взглядом, и, несмотря на мои тридцать четыре, я покраснела. Неужели мы были настолько очевидны?

— Но если серьёзно, — продолжила Нула. — Я боялась, что тебе будет больно столкнуться со всеми этими воспоминаниями. Тем более, когда ты только собиралась восстановиться после Джесси. И я боялась, что ты решишь остаться у мамы в Бостоне. А я… я так скучала по тебе, Чарли. Ты не понимаешь, как много для меня значило, что ты приезжала тем летом. Я была такая одинокая, такая подавленная всей этой подростковой дрянью. У меня вообще не было друзей. А ты пришла и просто… была рядом. Ты вернула мне уверенность. Потом, когда я пошла в последний класс, у меня появилась Милли. Я бы, возможно, никогда с ней не подружилась, если бы не ты. Она познакомила меня со своими друзьями, и у меня появился целый круг. Может, в масштабах жизни это кажется мелочью, но на тот момент поддержка друзей была для меня всем. Я могла сосредоточиться на учёбе, на поступлении, не чувствуя себя одиночкой.

Ком встал в горле; я провела рукой по груди, пытаясь унять эмоции.

— Я и не знала, что ты так себя чувствовала.