Подриг довёл меня до офиса бухгалтерии — просторной комнаты с тремя столами и большим окном, выходящим в садовый внутренний дворик для гостей. Мне предстояло курировать Мэйв и другого бухгалтера, Барри, но их ещё не было.

Я устроилась за своим столом, раскладывая личные вещи, чтобы пространство казалось более домашним: маленький горшок с кактусом и фото мамы со мной — кадр, сделанный у неё дома на Рождество. Мой развод окончательно завершился за неделю до этого, и в моих глазах появился свет, которого не было годами. Такой же свет был и в маминых глазах, ведь меня, наконец-то, освободили из железной хватки Джесси.

До прихода коллег оставалось немного времени, и я быстро забежала в туалет. По пути заметила дверь рядом с бухгалтерией — на тонкой металлической табличке красовалось имя Риса, и только от взгляда на него у меня участился пульс. Искушение заглянуть внутрь и осмотреться было сильным, но я удержалась. Вполне возможно, он уже там.

В ванной я остановилась перед зеркалом в полный рост, чтобы ещё раз проверить свой наряд. Я выбрала простую белую рубашку на пуговицах, бледно-розовый кардиган, светло-серые зауженные брюки и коричневые лодочки без каблука. Такой образ я надевала бесчисленное количество раз за карьеру, но после долгого периода без работы он казался чуть стесняющим. Почти всё то время я провела в пижамах или растянутых домашних вещах.

Когда я вернулась в офис, за прежде пустыми столами уже сидели молодые мужчина и женщина. Мэйв сразу же вскочила, протягивая мне руку.

— Вы, должно быть, Чарли, — улыбнулась она, её светло-каштановые волосы были собраны в аккуратный пучок. На вид ей было лет двадцать пять–двадцать шесть.

— А вы Мэйв, верно? Очень рада, наконец, встретиться лично.

— Взаимно! Ох, и акцент у вас чудесный. Так классно звучит. Это Барри, — сказала она, указав на молодого человека с тёмными волосами и очками. На нём были рубашка, галстук и коричневые брюки. Он смущённо взглянул на меня лишь на секунду, и мы обменялись приветствиями.

Мэйв уже показывала мне, что к чему, объясняя повседневную рутину отдела, когда раздался певучий голос:

— Доброе утро! Я принесла кофе!

Я обернулась — в дверях стояла миниатюрная, невероятно красивая шатенка в юбке-карандаше, шелковой блузке и блестящих чёрных туфлях. Длинные волосы были собраны в гладкий хвост, а глаза загорелись, когда она меня увидела.

— О! Ты, должно быть, замена Джексона. Я совсем забыла, что ты начинаешь сегодня.

— Да, здравствуйте, я Чарли. Очень приятно познакомиться, эм…?

— Это моя лучшая подруга, Стефани, — представила Мэйв. — Она руководит PR-отделом наверху.

— Но я спускаюсь сюда к своей лучшей подружке, когда выдаётся свободная минутка, — добавила Стефани, и они соприкоснулись бёдрами. Их дружба была очаровательной.

— Держи, дорогая, — сказала Стефани, протягивая Мэйв стаканчик какого-то невероятно красивого кофе со сливками и сиропом. — Ты свободна в обед? Я думала взять салат здесь, в отеле. Как идея?

— Прекрасная, — ответила Мэйв. — Мне пора начать работу над своим телом к лету. Чарли, ты пойдёшь с нами?

— Конечно, — согласилась я. Они казались милыми, а планов у меня всё равно не было.

— А ты что скажешь, Барри? — спросила Стефани. — Присоединишься к нам, дамам, на обед?

— Нет, спасибо. У меня сэндвич, — невозмутимо ответил он, и мне пришлось подавить смешок. Чувствовалось, что девушки предлагают ему пообедать чуть ли не каждый день и неизменно получают отказ. Их энергичность явно не совпадала с его тихой, сдержанной натурой. Хотя я только что познакомилась с ним, он уже казался мне интровертом.

Стефани умчалась, оставив после себя шлейф безумно приятного аромата духов, а мы приступили к работе. Бухгалтерия мало отличалась от офисов, где я работала раньше, поэтому понять, что к чему, оказалось несложно. Не успела я оглянуться, как Стефани снова возникла в дверях, и меня увели на обед. Барри бросил на меня взгляд, будто не завидовал ни на секунду, и я задумалась: может, их неуемная жизнерадостность и правда утомляет со временем.

Но в моём нынешнем состоянии — разведённая, начинающая жизнь заново — мне как раз не помешала бы передозировка позитивом. Обед с Мэйв и Стефани был хорошим отвлечением от постоянного желания оглядываться через плечо в поисках Риса. Я ещё не видела его, и от этого ожидание становилось только мучительнее.

Ресторан отеля находился недалеко от лобби и был довольно оживлён, когда мы вошли. К счастью, Стефани была в хороших отношениях с одним из официантов, и нам зарезервировали столик.

Я увлечённо ела свой сэндвич, когда заметила, что между Стефани и Мэйв вдруг повисла особая тишина. Они оживлённо болтали о работе и новой кампании для соцсетей, которую готовила Стефани, как вдруг Мэйв протянула руку и накрыла ладонь подруги своей.

— Только честно, дорогая, как ты держишься? — мягко спросила она.

Стефани выдохнула, и в её безупречной жизнерадостности появилась трещинка.

— Я… держусь. Всё произошло слишком внезапно.

— Что случилось? — тихо спросила я.