Где-то после второго года наших отношений, Джесси стал глядеть на меня лишь со снисходительным раздражением и презрением. Как бы я ни старалась впечатлить его, заслужить одобрение — всего оказывалось недостаточно. Он запер меня в психологической тюрьме, которую сам же и построил. Я ощущала, что нуждаюсь в нём, будто без него всё вокруг рухнет.

Но на самом деле я разрушалась из-за него. Именно он стал причиной того, что моя жизнь становилась всё мрачнее.

Когда я расстраивалась и чувствовала себя ненужной из-за его постоянного безразличия, он твердил, что я преувеличиваю, что мне стоит поговорить с терапевтом о повышении дозировки лекарств. При том что сама я впадала в депрессию именно от его отношения. Я даже однажды, по глупости, доверилась ему на заре наших отношений — рассказала о своей биологической матери Надин и обстоятельствах её смерти.

Это было одной из самых больших ошибок. Джесси без колебаний использовал эту информацию против меня. Он бросал такие фразы, как «ты сходишь с ума» или «тебе нужно проверить своё психическое состояние». Мелкие замечания, которые лишь усиливали тревогу и беспокойство. Мне понадобилось много времени, чтобы понять: он играл на моих самых сильных страхах, удерживая меня в постоянном состоянии паранойи.

— Нула ещё здесь? — спросила я у Дерека, найдя его на кухне за перепиской в телефоне.

Он поднял взгляд.

— Нет, уже ушла. Что-то про сборы в поездку на выходные в Килкенни с учителями из её школы.

Точно. Вспомнила, что она упоминала о поездке с коллегами. Среди них был Мартин, с которым она только начала встречаться, хотя всё было пока несерьёзно. Чёрт. Значит, Нулы не будет весь уикенд, и я не смогу расспросить её о Рисе. Я до сих пор злилась, что она даже не упомянула, что он начальник службы безопасности в отеле её отца.

— Ты в порядке, Чарли? — спросил Дерек, откладывая телефон, чтобы внимательнее на меня взглянуть.

Я была взволнованной, сердце всё ещё колотилось после встречи с Рисом.

— Всё нормально, — сказала я. — Просто…

— Ты не ожидала увидеть Риса, — закончил он за меня, будто читая мысли.

— Нет, — призналась я, выдыхая. — Не ожидала.

— Вы ведь не могли оторваться друг от друга тем летом, — продолжил он, уголки губ тронула улыбка. — Не думай, что я не помню. Бедолага ходил как раненый щенок после твоего отъезда.

— Правда? — Сердце глухо ударило о рёбра.

Да и я сама была в то время довольно подавленной. Скучала по Рису так, что те первые недели учебы казались серыми. Я проводила их в мечтах о том, как возвращаюсь в Ирландию, снова оказываясь в его надёжных объятиях. С тем, через что мне пришлось пройти — узнав правду о своём прошлом, — он был мне особенно нужен. Потом я рассердилась, по-детски обидевшись, что он перестал писать. Теперь, оглядываясь назад, я понимала, что была наивна, думая, что наши милые письма могли вылиться в реальные отношения. Мы жили в разных странах — ничего бы не вышло, даже если бы он не пропал.

Я взглянула на Дерека.

— А Рис… ну, он когда-нибудь говорил, почему внезапно исчез, когда ушёл в легион? Я… я всегда думала об этом.

— Тебе стоит спросить у него. Не могу сказать подробностей, но знаю, что это было тёмное время в его жизни.

Тёмное время? Что это могло значить?

— Кстати, — вздохнул Дерек, проводя рукой по лицу. — Год у него выдался, мягко говоря, тяжёлый. Рис только пару недель назад расстался с невестой.

Слова про «невесту» странно сжали мою грудь. Господи. Я ревную? Абсурд.

— Правда? Почему они расстались? — попыталась скрыть любопытство, но неудачно.

Дерек снова тяжело вздохнул.

— Рис говорит, что всё по обоюдному решению, мол, несовместимы, и вся эта фигня. Чую, там что-то ещё, но он не из тех, кто рассказывает прямо.

— Понятно, — ответила я, и во мне всплыло далёкое воспоминание: как Рис избегал разговоров о своём мерзком отце и о матери. Но теперь я куда лучше понимала, через что он прошёл — страх, стыд, тревога, боязнь, что кто-то узнает правду о его семье.

Я сама пережила нечто пугающе похожее.

— Я, наверное, пойду спать. Приятно было тебя увидеть, Дерек.

Он кивнул. — Не пропадай, Чарли.

Следующие два дня прошли спокойно. Я занималась распаковкой вещей и организацией мелочей перед первым рабочим днём в отеле. У меня уже было несколько телефонных разговоров с Мэйв, которая должна была работать со мной в бухгалтерии; она показалась очень приятной.

К понедельнику я так и не разобралась, как добираться на общественном транспорте, поэтому поехала до города с дядей.

Я планировала купить подержанную машину, и тётя Джо сказала, что по американским правам я могу водить минимум год, прежде чем придётся оформлять ирландские. Но это подождёт. Я не спешила привыкать к левостороннему движению. На это нужно время.