Рис выдохнул, медленно оглядывая меня. Я почувствовала, как его взгляд скользит вниз по моему наряду, и чуть поёжилась под таким вниманием.

— Компания двадцатилетних парней разгромила один из люксов, — наконец сказал он. — Я отправил Шея поговорить с тем, кто бронировал. Он сейчас спорит с менеджером насчёт платы за уборку. Присутствие Шея удержит его от новых сцен.

Я ахнула:

— Ужас. Такое часто бывает?

— Ты бы удивилась. Как проходит первый день? — Его взгляд скользнул по кончикам моих волнистых волос, затем поднялся выше, и от этого по коже словно прошёл жар.

— Отлично. Барри и Мэйв очень милые, и...

Я не успела договорить: рука Риса легла мне на талию, и он втащил меня в свой офис. Я краем глаза успела заметить Стефани и Мэйв, идущих по коридору, которые возвращались с обеда, прежде чем дверь закрылась.

Дыхание сбилось. Паника ударила, как ток. Из-за того, как он меня схватил, вспыхнуло какое-то посттравматическое чувство — старый рефлекс — и я начала задыхаться. Грудную клетку свело так сильно, словно внутри туго затянули резинку. Перед глазами плавали тёмные пятна. Я оттолкнула Риса и почти бросилась к дальней стене маленького офиса.

Я не могла дышать.

Перед его столом стоял стул — я опустилась на него, дёргая пуговицы на рубашке, будто ткань душила меня. Не знаю, сколько я расстегнула, прежде чем удалось выровнять дыхание. Я подняла голову. Рис неподвижно стоял у двери, потрясённый.

— Чарли, — тихо сказал он. — Ты в порядке?

— З-зачем ты так сделал? — выдохнула я, стараясь замедлить пульс. — Зачем ты м-меня схватил?

Его бесконечно синие глаза смотрели на меня так внимательно, что захотелось расплакаться. Ведь я так хорошо держалась весь день — знакомилась, общалась, чувствовала прогресс. А теперь… теперь я сидела, задыхаясь, вспотевшая, растрёпанная. Я видела, как он пытается понять, что со мной происходит. И страх вернулся: страх, что он поймёт слишком много.

Надо взять себя в руки.

Это же Рис. Он не станет осуждать. Зная его прошлое, он последний человек, который решит, что я слабая или ненормальная.

Он осторожно указал на пространство передо мной:

— Можно подойти?

Я кивнула, сглотнув.

Рис подошёл и присел на колено передо мной, оставив небольшое расстояние. Его взгляд коснулся моих глаз, затем опустился, и я внезапно осознала, что рубашка раскрыта, и виден верх моего белья.

Глаза у Риса расширились на долю секунды, вспышка интереса, мгновенная, едва заметная, и я в панике метнулась, чтобы застегнуть пуговицы, чувствуя, как лицо полыхает.

Когда я закончила приводить одежду в порядок, Рис снова повернул ко мне голову, его взгляд всё ещё изучал меня. Ну, чёрт. Мне придётся что-то объяснить. Хотя бы частично.

— У меня иногда бывают панические атаки, — сказала я наконец. — И я страдаю лёгкой клаустрофобией. Когда меня резко затащили в маленькую комнату, это… сработало как триггер.

Брови Риса нахмурились, на лице проступила вина, а взгляд по-прежнему держал мой.

— Я не помню, чтобы у тебя было такое раньше.

— Тогда у меня их и не было. Это… появилось недавно.

— Понятно, — тихо произнёс он, кивнув. Его выражение стало напряжённым, сосредоточенным.

Боясь, что он начнёт задавать лишние вопросы, я поспешно сменила тему:

— Так, эм… зачем ты вообще меня сюда затащил? Ты кому-то денег должен, что ли?

Шутка прозвучала слабо. Рис провёл пальцами по едва заметной щетине на подбородке, этот звук почему-то меня успокоил.

— Нет, — ответил он, и уголок его губ чуть-чуть дрогнул. — Я никому ничего не должен, Чарли. Не знаю, рассказала ли тебе Нула или кто-то ещё, но я недавно расстался со своей невестой. И я только что увидел, как она идёт в нашу сторону. Она работает здесь, и… не скажу, что это похвально, но я стараюсь избегать встречи.

У меня закружилась голова, пока я осознавала смысл услышанного. Его невеста шла прямо к нам…

Ох, чёрт. Стефани. Стефани, с которой я только что обедала. Стефани с её сияющей улыбкой, идеальной укладкой и грустными глазами после разрыва. Эта Стефани. Она бывшая Риса.

— Ты был помолвлен со Стефани?! — выпалила я, и глаза Риса удивлённо расширились.

— Ты уже с ней познакомилась?

— Я только что обедала с ней. Она и Мэйв лучшие подруги. Они пригласили меня поесть с ними.

Рис медленно выдохнул, всё ещё стоя на коленях возле моего кресла.

— Точно. Я и забыл про Мэйв.

— Она очень милая, — сказала я. — Они обе милые. Мне жаль, что у вас не сложилось.

Лицо Риса потемнело, он поднялся на ноги.

— Не нужно жалеть. Так было лучше.

Его выражение стало закрытым, и прочесть его стало невозможно. Я подумала, что, возможно, Дерек был прав, в их расставании явно было больше, чем Рис готов признать.

Поймав взглядом часы на стене, я поняла, что до конца перерыва осталось всего несколько минут, а я так и не перезвонила маме.

Я поднялась с кресла, пригладила одежду.