Вся конструкция была спроектирована с расчётом на полную автономность существования: мощные дизельные генераторы обеспечивали бесперебойное энергоснабжение, огромные резервуары с водой и складские помещения с запасами пищи позволяли пережить любую изоляцию. Современные фильтры очищали воздух от возможных загрязнений и токсинов.

Комплекс представлял собой идеальный механизм выживания, способный противостоять любым внешним катаклизмам.

По мере продвижения вперед Кэтрин отчётливо осознавала, что оказалась в настоящей цитадели зла, выбраться из которой самостоятельно невозможно.

Чёрные ботинки Ливиана негромко постукивали по бетонному полу, вторя ритму учащённого дыхания Кэтрин.

– Сюда, – отрывисто произнёс он, направляя её к лифту, возле которого неподвижно застыла парочка телохранителей. Это были настоящие гиганты в потёртых кожаных куртках и заношенных джинсах. Грубые черты их лиц говорили сами за себя – ни тени доброты, ни капли сочувствия. Яркие татуировки переплетались с багрово-белыми шрамами, словно карта пережитых битв. Глаза смотрели холодно и внимательно.

Один из них чуть заметно кивнул Ливиану. Взгляд, брошенный им на Кэтрин, был тяжёлым и оценивающим. Словно охранник проверял, достойна ли она быть рядом с ними и находиться тут.

Дверцы лифта раздвинулись с мягким шелестящим звуком, приглашая внутрь. В кабине господствовал стиль минимализм – холодный матовый метал, никаких отражающих поверхностей, только ряд кнопок с цифрами.

Ливиан быстро коснулся панели управления, выбирая пункт назначения – средний уровень. Движение кабины вниз оказалось плавным и практически беззвучным.

Когда двери вновь разъехались, Кэтрин почувствовала разочарование. Никаких намёков на роскошь. Просторный коридор был устлан дешёвым изношенным линолеумом, стены кое-где облезли, обнажая старую штукатурку. Старые лампы под потолком горели тускло и неравномерно, бросая причудливые тени и усиливая общее впечатление запущенности и запустения.

По обе стороны коридора тянулись многочисленные двери, многие из которых были повреждены – глубокие зарубки, следы пулевых отверстий свидетельствовали о частых конфликтах и беспорядках. Несколько дверей оказались приоткрытыми, позволяя мельком увидеть убогие интерьеры комнат: дешёвые кровати с грязными простынями, разбросанные вещи, пустые бутылки.

Из одной комнаты вышли двое мужчин в растянутых спортивных штанах и старых майках. Их лица были одутловатыми, отёкшими от постоянного употребления наркотиков, а руки покрыты замысловатой вязью татуировок и свежих порезов. Мужчины посмотрели на Кэтрин жадным, похотливым взглядом, но, наткнувшись на Ливиана, поспешили отвернуться и поспешно отступить обратно в свои катакомбы.

Из-за поворота внезапно появился ещё один невысокий, коренастый персонаж в помятых спортивках. Короткая стрижка подчёркивала жёсткие линии его лица, взгляд был острым и проницательным. Ливиан удостоился его короткого кивка, Кэтрин достался очередной тяжёлый взгляд.

– Кинг ждёт вас, – сказал «персонаж», распахивая очередную дверь.

Следом за Ливианом Кэтрин вошла в просторный зал, с облицованными тёмными деревянными панелями стенами. Потолок, теряющийся в высоте, держался на мощных колоннах из природного камня, придающих помещению сходство с древними храмами, посвящёнными богам тьмы и тайны.

В центре зала находился исполинский письменный стол, заваленный пожелтевшими бумагами и бронзовыми статуэтками, тускло мерцающими в полумраке. На стенах висели картины в позолоченных рамах – мрачные пейзажи дремучих лесов, глубоких пропастей, покинутых жилищ, окутанных туманом, написанные в оттенках пыли и ночи.

Один из углов комнаты занимал внушительный камин, в котором лениво плясали языки пламени, бросая красноватый блики на старое кресло-качалку. В нём, погрузившись в глубокую тень, восседал человек, чья фигура оставалась едва различима. Лишь рука, лежащая на подлокотнике, привлекала внимание своим аристократическим изяществом – длинные, бледные пальцы, казалось, могли одинаково легко держать смычок, кисть или холодное оружие.

Кэтрин испытала странный прилив волнения. Она ожидала увидеть перед собой человека из своих «хрустальных» снов – Винсента.

Неведомый пока хозяин смотрел на неё из тени, скрывающей его лицо. Тем не менее, она кожей чувствовала его взгляд, проникающий в душу, словно рентгеновский луч, просвечивающий каждый уголок сознания.

Наконец, спокойно и властно прозвучал глубокий, бархатный голос:

– Добро пожаловать, мисс Холланд. Вас ждали.

Глава 7. Кэтрин. Между молотом и наковальней

Мужчина вышел из тени, и Кэтрин едва слышно охнула – он оказался совсем не таким, каким она его себя представляла. Совершенно не походил на Винсента. Но он был – идеален.

Среднего роста, он казался выше благодаря великолепной осанке и удивительной лёгкости движений. Худощавый и утончённый, как истинный Элленджайты. Волосы цвета воронова крыла, чуть мерцающие синевой в полумраке, были слегка растрёпаны, будто он лишь недавно провёл по ним ладонью.