– Проводи нашу дорогую гостью в комнату Сандры, – приказал Рэй сухо. – Пусть девушки порадуют друг друга обществом. Надеюсь, ваша сестра оценит мой рождественский подарок.

Ливиан молча кивнул, принимая поручение отца. Его острые, как лезвия, волчьи глаза хищно блеснули, когда он властно схватил Кэтрин под локоть, решительно направляя девушку к выходу.

Отчаянно оглянувшись, Кэтрин встретилась глазами с Энджелом, неподвижно стоящим у стены. Он медленно покачал головой:

– Сейчас я ничем не могу тебе помочь. Но с тобой всё будет хорошо. Обещаю.

– Боже мой! Сколько можно терпеть этот жалкий сентиментальный бред! Конечно, с ней всё будет хорошо, – раздражённо поморщился Рэй. – Ливиан, уведи её уже отсюда!

Осознавая бесполезность сопротивления, Кэтрин покорно позволила юноше вести себя дальше сквозь анфилады мрачных коридоров. Пока, наконец, перед ними не возникла металлическая дверь, внушительная и массивная. Ливиан извлёк тонкую отмычку и одним ловким движением вскрыл замок, будто открывая простую коробку конфет.

– Входи, – коротко приказал он, отступая в сторону.

Кэтрин невольно представляла комнату сестры Энджела похожей на апартаменты Синтии – пышные, богато украшенные, пропитанные духом театральной роскоши. Однако реальность оказалась шокирующе противоположной.

За дверью открылся холодный, почти хирургический интерьер. Функциональный и минималистичный. Искусственный свет множества ледяных светодиодов заливал помещение ровным, бесстрастным сиянием. Прямоугольная комната под ним выглядела тем, чем по сути и являлась – изолированным бункером. Армированный бетон, покрытый защитным составом, создавал впечатление прочности и непоколебимости.

Комната была скудно меблирована: жёсткая кровать с прямым ортопедическим матрасом, укрытым грубым тёмно-серым чехлом, да металлический шкаф с электронным замком, хранящий личные вещи неизвестной хозяйки.

Рабочий уголок состоял из скромного деревянного стола и эргономичного кресла, редуцирующегося по высоте. Стол оставался почти пустым, кроме ноутбука и лаконичного набора письменных принадлежностей на нём ничего не было. Маленькая угловая полка вмещала несколько потрёпанных книг да простенькую подставку с карандашами и ручками.

В одном из углов выделялся компактный холодильник серебристого цвета, аккуратно вписываясь в общую палитру оттенков. Под ногами мягко пружинил толстый слой прочного ковролина.

Всюду царила простота и улитарность: никаких милых сердцу безделушек, вроде изящных рамочек с фотографиями, ярких картин, ароматизированных свечей и баночек с изысканными парфюмами. Даже намёка на декоративную косметику или мягкие пушистые полотенца не наблюдалось. Все предметы подобраны исключительно с практической целью, формируя безупречно чёткий спартанский стиль, далёкий от романтического очарования женского жилища.

– Тут всего одна кровать, – растерянно проговорила Кэтрин, искоса бросая на Ливиана осторожный взгляд. – Честно говоря, даже в тюремной камере уюта ощущалось бы больше. Рэй Кинг решил сэкономить на родной дочери? Или ваша сестра настолько эксцентрична?

– Сандра осознанно выбирает минимализм, – Ливиан неспешно прохаживался по комнате. Каждый его шаг сопровождался чётким, размерным постукиванием каблуков по полу. – Ей не нужны отвлекающие элементы. Окружение отражает её предпочтения.

Он остановился около рабочего стола, небрежно вытаскивая их куртки сигарету и прикурил, выпуская в воздух тонкую струйку серого дыма.

– Сандра скоро придёт, – добавил он, наблюдая, как дым лениво поднимается вверх. – Учти, она не терпит длительных бесед и излишних проявлений чувств.

– Какая жалость, – съязвила Кэтрин. – Ведь эмоций у меня накопилось столько, что с удовольствием утопила бы в них кого-нибудь из вашего очаровательного семейства.

На мгновение губы Ливиана тронула едва заметная усмешка, впрочем, мгновенно исчезнувшая.

– Понимаю, – негромко протянул он, затягиваясь сигаретой. Этот жест неожиданно напомнил Кэтрин Винсента – такая же спокойная уверенность, тот же завораживающий ритм движений. – Мы способны свести с ума неподготовленный разум. Ты ещё неплохо держишься.

– Меня нельзя назвать неподготовленной. Я два месяцы провела в Хрустальном Доме, с вашей госпожой Синтией.

– Она мне не госпожа, – холодно уточнил Ливиан, рассеянно глядя куда-то поверх головы собеседницы. Серый дым продолжал струйкой подниматься к потолку, будто кто-то невидимый курил фимиам.

Когда Кэтрин снова заговорила, голос её дрогнул:

– Энджел?.. С ним всё будет нормально?

Ливиан поморщился:

– Не переживай. Всё с ним будет отлично.

Он резко повернулся к двери, затаив дыхание, будто услышал что-то. Кэтрин, как не прислушивалась, не слышала ничего. Тем не менее, спустя пару мгновений раздался тихий шелест замка, и тяжёлая металлическая дверь плавно распахнулась внутрь.

Глава 10. Кэтрин. (Не) братская любовь

В дверном проёме возникла высокая женская фигура. Кэтрин невольно вздрогнула – этот день принёс слишком много новых встреч.