Глава 1. Альберт. Пробуждение

Жанр: готическая проза, криминальная драма, дарк-романс, дарк-фэнтези, мистический детектив, психологический триллер, научная фантастика.

В книге есть:

запретная любовь,

любовный треугольник,

попаданец из мира прошлого в настоящее;

магия крови;

эксперименты с клонированием;

семейные тайны и интриги;

криминальный мир;

готическая эстетика;

психология.

Аннотация:

Загадочный и прекрасный Альберт Элленджайт попадает из начала 19 века в наше время. Кэтрин Холланд, последняя из Элленджайтов, оказывается втянутой в водоворот страстей, тайн и сверхъестественных событий. Пройдя через ревность, предательства, древние проклятия, семейные интриги, сумеют ли герои сделать шаг вперёд или вернутся в прошлое? Могут ли чувства изменить судьбу?

Ветер свистел в ушах, заставляя волосы трепетать. Тяжёлые сапоги гулко отбивали ритм и каждый шаг оставлял глубокий след на хрустящем снегу. Альберт чувствовал, как лёд дрожит под ногами, предупреждая о близкой опасности. Мысленно он проклинал собственную поспешность и легкомыслие, но остановиться уже не мог.

Впереди мелькнула полоска берега, манящая обещанием спасения, но внезапно мир стал рушиться. Резкий треск, похожий на выстрел, оглушительно взорвался в ушах. Лёд под ногами затрещал, расходясь паутиной трещин и Альберт понял – слишком поздно что-то менять.

Холодная вода приняла в себя его тело, проникая сквозь одежду, наполняя ботинки свинцовой тяжестью. Атласный жилет стал непомерной ношей и потянул ко дну, словно невидимый палач. Шёлковый шейный платок обвил шею скользкой удавкой и душил, мешая дышать. Руки машинально пытались зацепиться за край полыньи, но пальцы соскальзывали с гладкой поверхности льда.

Мир завертелся вокруг своей оси, теряя привычные ориентиры. Перед глазами замелькали картинки из прошлого.

Вот отец у письменного стола задумчиво глядит в окно. Его красивое, бледное лицо задумчиво и печально.

– Я просто беспокоюсь за тебя, Альберт.

– Что обо мне беспокоиться? Мы, Элленджайты, почти бессмертны. Нас не берут ни ножи, ни пули, ни – даже огонь!

– И всё же мало кто из нас доживает до сорока… – раздаётся тихий вздох и образ отца размывается, распадается на части.

Вместо него возникает Винсент. Такой близкий и, одновременно, далёкий. Меланхоличный, саркастичный, хрупкий – звёздный мальчик, объект всеобщего поклонения, восхищения и зависти.

– Ты слишком наивен, мой друг, – качает головой кузен. – Ты не понимаешь, я – опасен. Я всю жизнь разрушал тебя. Тебе давно пора научиться меня ненавидеть.

Однако Альберт никогда не испытывал ненависти к кузену. Тот был неотъемлемой частью его души. Третьей стороной их запутанного любовного треугольника.

Винсент тоже исчез, уступив место самому прекрасному из воспоминаний: тёмному божеству Альберта – Синтии.

Таинственная, властная, жестокая Синтия. Женщина, чьё имя звучало обвинением и приговором. Женщина, лишавшая Альберта остатков здравомыслия одним лишь взглядом.

– Она убила её – Камиллу… – вновь раздался в ушах эхом голос Винсента.

Камилла? Кто это?..

Ах, да! Невеста, привезённая отцом из далёкой Колумбии, чтобы избавить Альберта от пагубного влияния Синтии и Винсента. Однако всё пошло не по плану. Камилла, как и многие другие, полюбила Винсента, а не Альберта, очарованная его тьмой и болью.

Всегда и все рано или поздно, влюблялись в Винсента. Только жаль, сам Винсент не любил никого, оставаясь холодным и недосягаемым, как горный хребет.

– Синтия рассказала Камилле обо мне – о нас. О моих странных, порочных наклонностях. Об удовольствиях, которые я предпочитаю… – шептал в ушах голос Винсента.

И вода вокруг Альберта окрашивалась кровью.

Кровавые игры… кровавая магия… кровавая удовольствия, которые они втроём предпочитали…

– Всё, чего я хочу, это уничтожить Синтию… – голос Винсента удалялся, растворяясь в глубинах сознания.

Голова кружилась, лёгкие Альберта горели огнём, требуя кислорода, но вместо него получая ледяную воду, что, проникая внутрь, заполняла пустоту.

Пространство сужалось, сознание мутнело. Последние силы уходили на бесполезную борьбу со льдом, преграждающим путь к спасению. Холодная тьма затягивала, поглощала, лишала воли.

Но даже во тьме Альберт продолжал слышать голос Синтии!

Она звала его обратно и раз за разом Альберт поднимал ослабевшие руки, пытаясь разбить лёд, за которым видел призрачную фигуру любимой женщины. Но как бы он не старался, преграда между ними оставалась нерушимой.

Элленджайты! Выживающие там, где другие гибнут. Находящие удовольствия в мучении. Обладающие особым даром.

Однако никакой дар не способен уберечь от собственных ошибок, слабостей и роковых решений.