» Любовные романы » » Читать онлайн
Страница 21 из 144 Настройки

Оглядываясь на измождённую мать, всё ещё вытирающую заплаканные щёки Люси, я решаю не говорить ей, что лекарь, которого она только что поблагодарила, собирается выйти из её коттеджа с кусочком её дочери в своей сумке. Вместо этого я вежливо прощаюсь с обеими через маску и следую за Искайрном за дверь.

Мой ум кружится, пока мы идём через деревню. Есть вопросы, которые я могла бы задать — должна задать. Что, собственно, делает человек с гнилым коренным зубом семилетнего ребёнка, когда приносит его в свой кабинет? Коллекционирование частей своих пациентов — это обычная медицинская практика, о которой я каким-то образом не прочитала, или просто глубоко тревожное хобби? Возможно, именно поэтому он не хотел обсуждать со мной увлечения по дороге из Мервика…

Мои пальцы чешутся расстегнуть пряжку его сумки и вывернуть содержимое в снег. Любопытство яростно горит в моей груди. Одному Богу известно, что ещё у него там припрятано. Волосы? Ногти? Мёртвые вши?

Но мой желудок пуст от голода, боль в бедре теперь пульсирует, и, идя рядом с его силуэтом в зимнем сумраке, я осознаю нечто куда более тревожное, чем то, что сейчас гремит в его сумке.

Мне, в общем-то, всё равно.

Если бы доктор Тейлор вырвал этот зуб, он провёл бы следующие десять минут, гавкая на меня указаниями. Тампонируй десну, Офелия. Принеси масло. Не стой просто так, как моллюск на камне. Но Искайрн просто извлёк зуб и отступил, дав мне пространство для работы.

Он не обращался со мной как со служанкой. Он обращался со мной как с аптекарем.

Хм. Пусть коллекционирует зубы. Я терпела куда худшие привычки от мужчин, которые предлагали мне куда меньше уважения.

 

Глава 7

ОФЕЛИЯ

 

Что-то колотит в мои ставни уже, пожалуй, минут пять.

Первый стук вырвал меня из сна. Второй я списала на ветер. К третьему я натянула одеяло на голову и решила, что всё, что там снаружи, может преспокойно подождать до утра.

И вот снова.

С бормотанием проклятия я отбрасываю одеяла и поднимаюсь. Ещё один стук раздаётся, пока я вожусь с защёлкой, и в тот миг, когда я рывком распахиваю ставни, что-то пролетает в щель, задевает ножку табурета и с грохотом падает под кровать.

Я щурюсь на злополучный предмет.

Камень. Камень?

Я хватаюсь за подоконник и высовываюсь в ночь.

Внизу Артур Вэнс, ползая по земле, одной рукой шарит по инею, а другая то и дело исчезает у него в волосах.

— Артур, — шиплю я вниз, моё дыхание белит темноту между нами. — Зачем ты швыряешь камни в окно моей спальни?

Он замирает, опираясь одной рукой о землю, затем поднимает голову и вскакивает на ноги.

— О! Мисс Офелия. Слава Богу. — Он спешит ближе, вытягивая шею к окну. — Вы можете спуститься? Пожалуйста. Мне нужна ваша помощь. Это Мэри, она… — Он проводит рукой по рту. — Пожалуйста, мисс Офелия.

Я вздыхаю.

— Дай мне минуту.

Я закрываю ставни и прижимаюсь лбом к дереву, держа глаза закрытыми, пока комната не перестаёт казаться такой далёкой. К тому времени, как я натягиваю вчерашнее платье и нахожу сапоги, Артур уже колотит в дверь внизу.

Я спускаюсь по узкой лестнице так быстро, как позволяет одеревеневшая нога, мимо полок с пучками трав и бутылками, ловящими те крохи лунного света, что проникают в лавку.

Он стучит снова, тряся дверь в раме.

— Да иду я, чёрт возьми!

Я сдёргиваю засов и едва успеваю распахнуть дверь, как Артур вваливается внутрь, бледный и запыхавшийся.

— Ах нет, не смей. — Я отступаю назад, хватая маску с крючка у двери и натягивая её на рот. — Стой там. Ровно там. Если зараза добралась до твоего дома, ты не ворвёшься в мою лавку и не разнесёшь её по всему, что у меня есть.

— Нет. Нет, это не болезнь. — Артур вскидывает обе руки, его грудь вздымается. — Это Мэри. Она не спала два дня. У неё в груди твёрдый комок, красный, как яблоко, и горячий, как уголь, и молоко не идёт. Младенец кричит уже несколько часов, а Мэри… — Он проводит дрожащей рукой по рту. — Она не перестаёт плакать.

Неуверенно я опускаю маску.

— И ты не подумал позвать доктора Искайрна?

— Я пытался. Я колотил в его дверь, пока кулак не онемел, но он не открыл, так что я пришёл к вам.

Мои брови сходятся.

Я мало сплю, сказал Искайрн вдове Пайк, и ничто в этом человеке не предполагает, что он мог бы проспать, пока Артур Вэнс пытается снести его дверь с петель. Странно, конечно, но Мэри на другом конце деревни с кричащим младенцем и грудью, распухшей настолько, что её муж швыряет камни в моё окно. Я не могу стоять здесь и прохлаждаться, гадая о чьих-то привычках сна.

— Хорошо. — Я откладываю маску и тянусь за корзиной. — Иди домой и разведи огонь так высоко, как только выдержишь. Поставь воду кипятиться, потом раздень младенца и положи его голой грудью на Мэри. Тепло может его успокоить. Я приду, как только соберу всё, что…

Он рывком открывает дверь и исчезает прежде, чем я успеваю закончить, оставив колокольчик над ним бешено дребезжать.

Он всё ещё дребезжит, когда я поворачиваюсь к полкам.