А ещё говорили, что в Соколином Камне когда-то стоял гарнизон. Давно. Лет сто назад. Тогда крепость была важным форпостом на границе. Но потом что-то случилось. Что-то страшное. Гарнизон вырезали — то ли северные варвары, то ли болезнь, то ли ещё что похуже. С тех пор крепость стоит заброшенной. Стены ещё держатся, но внутри — пустота. 

— Значит, вы отправляете меня в ссылку, — говорю я, и голос мой дрожит. — Вы только что сказали, что я ваша наследница, и тут же отправляете меня прочь. В гиблые земли. Туда, откуда не возвращаются. Дядя, вы хоть понимаете, что отправляете меня на верную смерть?

— Я отправляю тебя туда, где тебя не достанут, — возражает король, и в его голосе слышится раздражение. — Подумай сама, Элиана. Дориан требует, чтобы ты ушла в монастырь. Графиня Ленуар и её приспешники плетут интриги. Половина двора считает тебя падшей. А теперь ещё и граф Крон исчез. Если ты останешься здесь, я не смогу защитить тебя от всех них. А в крепости… — он пожимает плечами, — в крепости у тебя будет шанс на спасение.

— А если я откажусь? — тихо спрашиваю я. 

Король долго молчит. За окном кричит птица, и этот крик кажется мне зловещим предзнаменованием.

— Тогда ты погибнешь, — произносит он наконец, и в его голосе нет ни капли сожаления, только холодная, беспощадная правда. — И я вместе с тобой. Потому что заговор, Элиана, направлен не против тебя. Он направлен против короны. Против нашего рода. И если ты останешься, они используют тебя, чтобы уничтожить меня. Ты этого хочешь?

Я молчу. В горле стоит ком, и я не могу выдавить ни слова.

— Я не отправляю тебя в ссылку, — продолжает король, и его голос смягчается. — Я даю тебе шанс на возвращение. Если я отправлю тебя в монастырь, ты останешься там до конца своих дней. Но если ты уедешь в Соколиный камень, ты всегда сможешь вернуться.  Это место станет твоим временным убежищем. Не спорю, крепость старая, гарнизон маленький, слуг почти нет, но стены должны быть ещё крепкими. И там ты будешь не просто пленницей. Ты будешь моей наместницей. — Дядя вновь протягивает мне печать. — Вот. Это печать северного наместника. Покажи её коменданту крепости. Он подчинится. А если нет — у тебя есть право сместить его. По моему приказу.

Затуманенным взглядом смотрю на серебряную печать с выгравированным гербом Вэйров.

— А Маргарет? — спрашиваю я, и голос мой звучит жалко, по-детски. — Она поедет со мной?

— Поедет, — кивает король. — Но только она одна. 

Беру печать в руки. 

— Сколько у меня времени? — спрашиваю я, вскидывая взгляд на короля.

— У тебя нет времени, Элиана, — отвечает он. — Завтра утром ты уедешь. Тихо. Без скандала. Все будут думать, что ты отправилась в монастырь. А пока ты будешь на Севере, я буду собирать доказательства и искать того, кто посмел покуситься на власть.

— А Дориан? — тихо спрашиваю я. — Что будет с ним?... Что будет с нашим браком?

Король горько усмехается.

— Дориан останется здесь. Я прикажу следить за ним. — он делает паузу, — А что касается вашего брака... Я вынужден аннулировать его, Элиана.

— Аннулировать? — переспрашиваю я. — То есть… как если бы его и не было никогда?

— Именно так, — отвечает король, и в его голосе слышится что-то похожее на сочувствие. — Ваш брак будет признан недействительным. Дориан перестанет быть твоим мужем. Ты перестанешь быть его женой. Всё вернётся на круги своя. Ты снова станешь просто принцессой Элианой.

Медленно опускаю взгляд на печать в своих руках.

Серебряный сокол с расправленными крыльями. Символ власти. Символ доверия.

А в груди — пустота. 

— Значит, я снова останусь одна... — произношу скорее для себя, чем для дяди.

Король подходит ко мне. Его рука ложится мне на плечо.

— Ты не одна, Элиана, — говорит он тихо. — У тебя есть я. У тебя есть Маргарет. У тебя есть твоя жизнь, твоё будущее, твоё право на корону. Дориан Вейл не заслуживает ни одной твоей слезы. Он предал тебя. Он унизил тебя перед всем двором. Он хочет, чтобы ты сгнила в монастыре. И если для того, чтобы спасти тебя, мне нужно вычеркнуть его из твоей жизни — я сделаю это. И даже не ради политики. А ради тебя.

Смахиваю слезу со щеки, поднимаюсь и, позабыв обо всех этикетах, крепко обнимаю дядю.

— Спасибо, — шепчу.

— Ну будет, будет, — король успокаивающе поглаживает меня по спине, затем отстраняется и говорит: — А теперь, ступай. Собери вещи. Но возьми с собой только самое необходимое. Всё должно выглядеть так, будто ты действительно отправляешься в монастырь. А там, как ты понимаешь, шелка и бриллианты, тебе не понадобятся. 

Киваю, разворачиваюсь и иду к двери, но дядя вдруг окликает меня:

— Элиана?

Оборачиваюсь.

— И никому ни слова о том, что ты едешь не в монастырь. Даже Маргарет. До тех пор, пока вы не покинете дворец. Здесь слишком много ушей. Слишком много глаз.

Послушно киваю и выхожу из кабинета...

***

Милые читатели!

В ожидании проды приглашаю вас в замечательную книгу