А я не могу перестать на нее смотреть — ни когда она выпрямляется, ни когда снова надевает на себя спокойствие и сарказм, делая вид, будто я не знаю, какая она на вкус и как звучит, когда кончает у меня на руке. 

Я придерживаю занавеску, и она проходит мимо меня в коридор. Вокруг суета — врачи, медсестры, пациенты, и это только подчеркивает, насколько мы были увлечены друг другом минуту назад.

У стойки регистрации мы натыкаемся на Джаспера.

Если он удивлен, то не подает виду. Обнимает Джунипер, потом наклоняется и хлопает меня по плечу.

— Как лоб? — кивает на повязку.

— Зашили.

— Отлично. Я уладил вопрос со страховкой снегоходной компании.

— Спасибо, что занялся этим.

— Рад, что Джуни была рядом, держала тебя за руку. Я знаю, какой ты ребенок, когда дело доходит до уколов.

— Эй. Я упал в обморок всего один раз, когда сдавал кровь. И то потому, что не ел. Низкий сахар — не шутка.

Рядом со мной Джунипер смеется настоящим, чистым смехом, и я чувствую, как горжусь ею до костей.

— Подвезти? — спрашивает Джаспер, указывая в сторону стоянки.

— Я поеду с Джунипер, если ты не против.

Он бросает на меня понимающий взгляд, усмехается и кивает.

— Конечно.

— Увидимся вечером?

— Ага.

Попрощавшись, мы направляемся к ее машине, припаркованной криво.

Я бросаю на нее взгляд.

— Даже не начинай.

— Что? — невинно спрашиваю я, открывая ей дверь и обходя к пассажирскому сиденью.

Мне нравится, как она выглядит за рулем — руки на руле, волосы чуть растрепаны, щеки розовые от холода.

Она возится с печкой и бормочет:

— Только не залей сиденье кровью, ладно?

— Не думал, что пять швов превращают меня в угрозу безопасности.

Вдруг всплывает воспоминание.

Прошлый год. Я везу Джунипер домой после магазина. Она смеется над чем-то, что я сказал. Ее щеки горят, глаза сияют. Я помню, как сжимал руль, пока костяшки не побелели, лишь бы не протянуть к ней руку. Это чувство тогда выбило меня из колеи, и я боролся с ним изо всех сил.

А теперь она снова рядом.

И на этот раз — я прикасался к ней. Целовал ее. Сделал с ней за занавеской то, что до сих пор горит в памяти, и хочу еще.

Я уже открываю рот, чтобы что-то сказать, когда в кармане вибрирует телефон.

Достаю, смотрю на экран и вздыхаю.

— Это Бек.

— Бек? Твой брат? — спрашивает она.

— Ага. — Провожу пальцем, принимая вызов. — Эй, что случилось?

Голос Бека потрескивает в динамике:

— Я в пяти минутах от Сидар Холлоу, нужен ночлег.

— Что? Почему? Ты же должен быть на лыжах с друзьями.

— Меня выгнали из домика в Парк-Сити. Не спрашивай.

— Конечно выгнали, — закрываю глаза, массируя переносицу. Это же Бек — обаятельный до беды и слишком легкомысленный, чтобы потом из нее выпутываться.

Рядом Джунипер напевает под Last Christmas, звучащую из колонок, даже не подозревая, какой шторм сейчас надвигается… мой брат.

— Это Джунипер? — оживляется Бек, его ухмылку будто видно даже через телефон. — Передай ей привет. И скажи, что если ты опять все испортишь, я попробую сам.

Пальцы сжимаются на телефоне так, что хрустят костяшки. Бек всегда умел нажимать на мои кнопки. Для него это почти спорт. Но шутить про Джунипер, когда я пытаюсь вернуть ее? Не смешно. Ни капли.

— Только через мой труп.

Джунипер бросает на меня взгляд, брови чуть приподняты с тем самым мягким любопытством, которое всегда выбивает меня из равновесия. Она не знает, сколько раз Бек вставлял палки в колеса просто ради забавы. И уж точно не знает, сколько раз мне приходилось расхлебывать последствия, делая вид, что мне все равно.

— Все в порядке? — тихо спрашивает она.

— Просто чудесно, — выдавливаю улыбку, которая так и не дотягивается до глаз.

Бек смеется в трубку, довольный собой.

— Оставь мне пиво, братец. И скажи Джунипер, что она слишком хороша для тебя.

Я обрываю звонок на середине его смеха, сжимая челюсть.

Она и правда лучше меня. Но она все равно моя.

А Бек выбрал самый неподходящий момент.

Глава 20

Джунипер

Я открываю дверь и вижу перед собой более молодую, чуть небрежную версию Лиама с дорожной сумкой на плече и полным отсутствием стыда на лице.

— Привет, — говорит он, улыбаясь так, что у мелкой бытовой техники могли бы сгореть предохранители. — Ты, должно быть, Джунипер.

— А ты, должно быть, Бек, — отвечаю я, отходя в сторону, чтобы он вошел в квартиру.

Лиам идет следом, тепло обнимает брата, но с явным намеком на «я могу тебя придушить во сне».

Бек бросает сумку на пол, будто хозяин, и тут же замечает швы над бровью Лиама.

— Вот это да, — говорит он с притворным удивлением. — Обычно швы получаю я, а не мой гениальный старший брат. Снегоход, да? Это что, часть плана по впечатлению одной рыжей? — Он подмигивает мне через плечо Лиама.

Лиам хмурится и слегка касается раны.

— Если это и был план, то твое появление всё испортило.

Я стараюсь не рассмеяться, наблюдая их перепалку.