На улице тихо: улицы после ночного снега только расчистили, и кроме редких прохожих с кофейными стаканами, весь Сидар Холлоу еще спит.

Я ставлю кофе и пакет на землю, достаю кодовый замок, ввожу комбинацию — щелчок, и из коробки падает ключ.

Внутри пахнет свежей древесиной, шлифованным дубом, пылью штукатурки и краской. Мои шаги гулко отражаются от незавершенного пола.

Фото, что присылала мне Эллен, менеджер проекта, не передают и половины.

Стены готовы, полки установлены, пока пустые, но надежные. Барная стойка — темный орех, матовая отделка наконец на месте. Даже под защитной пленкой она выглядит как из журнала: четкие линии, насыщенное дерево, сдержанный характер.

Повсюду инструменты, малярная лента на плинтусах, ведро под медленно капающую трубу. Бардак, но мой бардак. И он начинает обретать форму.

На дальней стене — фреска от местного художника: тонкий рисунок переплетенных виноградных лоз, тянущихся вверх к потолку.

Я прохожу вдоль стены, проводя рукой там, где скоро будут встроенные винные стеллажи. В углу под пленкой сложены стулья. Теперь я ясно вижу планировку: уютно, немного атмосферно, но не модно на показ. Вневременно.

Один из подвесных светильников качается, отражая мягкий блеск. Фурнитуру я выбрал из латуни, а в глубоком зеленом цвете стен мучительно сомневался неделю — пока не спросил мнения у JuniReads в чате малого бизнеса округа. Сейчас, глядя на всё под строительным светом, понимаю — она была права.

Я выдыхаю. Всё складывается. До пробного открытия еще далеко, дел море, но впервые я чувствую уверенность. Всё получится.

Телефон вибрирует — сообщение от Бека, младшего брата. Ему двадцать четыре, он сейчас на отдыхе с друзьями на горнолыжном курорте.

Бек: Ну как миссия «искупление перед Джунипер»?

Я стону. Уже знаю, чем кончится переписка.

Я: Отлично. Всё под контролем.

Бек: Ты же не бухгалтер, чтобы ходить вокруг да около, надеясь на счастливый финал.

Я: Спасибо за поддержку. Очень вдохновил.

Бек: Всегда рад поучить своего гениального старшего брата.

Я: И ты даешь советы, потому что…?

Бек: Потому что я обаятельный и решительный. Умею разруливать такие ситуации. И ещё потому, что кто-то должен проследить, чтобы ты опять всё не испортил. Ну и, конечно, люблю наблюдать, как ты корчишься.

Я: Ты ужасен.

Бек: Ужасен? Я? Никогда. Но если понадобится вмешательство или поддержка — звони.

Я усмехаюсь и убираю телефон, качая головой. Он умеет свести серьёзный момент до абсурда и, странным образом, этим спасает.

Бек, Джаспер и родители — единственные, кто знают про бар и почему я решил пустить корни именно здесь.

Открывать бизнес рядом с книжным Джунипер, когда она до сих пор искрит от обиды, звучит безумно. Джаспер говорит, что это чистое безумие. А я называю это шансом. Считай, мой осознанный вид безумия.

Никогда прежде я не добивался женщину так, как собираюсь добиваться её. Без оглядки. Без тормозов. Ставлю всё на кон и пусть обожгусь.

Но я бы не хотел иначе.

Я делаю несколько снимков, отправляю Эллен с комментариями, запираю помещение и возвращаюсь к дому Джуни.

Её квартира, как и книжный, дышит теплом и очарованием. Просто находиться в этом пространстве успокаивает.

Я ставлю пакет с круассанами на деревянный кофейный столик и замечаю стопку книг.

Сверху — та, в которую вставлены цветные закладки. Я беру её, пролистываю. Помимо закладок, некоторые фразы выделены, рядом сердечки и пометки на полях.

Не отказалась бы.

Почему настоящие мужчины так не говорят?

Сцены с зеркалом — всегда победа. Пошло, но шикарно. 10/10 — перечитать (и повторить).

Скрип половиц выдает её приближение. Я кладу книгу обратно и хватаю пакет.

— Доброе утро.

Она в вельветовой юбке, под ней узорчатые колготки, сверху огромный кардиган с пуговицами-сердечками и футболка с надписью: Reading Is My Love Language. (*Чтение — мой язык любви)

— Я принес тебе кофе и шоколадный круассан.

Она смотрит внимательно, прежде чем взять протянутые пакет и стакан. Когда наклоняется, я улавливаю знакомый запах — слива и ваниль.

— Спасибо. Но не стоило.

— Я хотел.

Она кивает — будто не знает, как на это ответить.

— Какие у тебя планы на сегодня?

— Наверное, побуду здесь, — я оглядываю ее уютную гостиную. Взгляд останавливается на рождественском адвент-календаре из пряничных домиков с крошечными расписными дверцами, выстроенными в идеальные ряды. — Пороюсь в твоих вещах.

Ее вежливая улыбка меркнет.

— Прости, что?

Я улыбаюсь.

— Шучу. У меня несколько звонков.

Она скрещивает руки и, опершись на книжную полку, приподнимает бровь, будто готовится к дуэли.

— А нельзя их провести, ну, не знаю… где-нибудь еще? Например, в твоем шикарном офисе с панорамными окнами?

Я пожимаю плечами и делаю глоток кофе.

— Можно было.