Гостиная — центр уютного мира. Бархатный диван нежно-розового цвета, старинный ковер с восточным орнаментом, белые книжные полки, уставленные книгами, будто продолжение её магазина. Пара растений, свечи, безделушки. На стене галерея рамок — в одних рисунки, в других засушенные цветы и цитаты. Под ними — золотая барная тележка с розовым стеклом и несколькими бутылками.

На стене у кухни висит деревянный календарь в форме пряничного домика. На дверцах нарисованы блестящие цифры. Одна чуть приоткрыта, внутри виднеется пакетик какао и сложенный листочек.

— Что это? — спрашиваю, поднимая руку, чтобы заглянуть.

Она тут же оказывается рядом и захлопывает дверцу.

— Это мой адвент-календарь.

— Сама сделала?

— Да, — отвечает так, будто бросает вызов.

Даже когда пытается держаться холодно, в ней виден этот огонек гордости.

— И сама заполнила?

— Разумеется. Кто ещё знает, что мне нравится?

Она поднимает голову, и я ловлю идеальный ракурс — веснушки, тёплые глаза, губы цвета розовой пудры.

Кто ещё, и правда.

Наши взгляды встречаются на секунду, прежде чем она отводит глаза.

— Гостиная, кухня, — говорит она быстро, показывая рукой, а потом направляется по коридору. — Спальни там.

Я бросаю последний взгляд на её пряничный домик. Каждая дверца — будто день, наполненный чем-то важным. Как хочется узнать, что скрывается за каждой. Узнать все её маленькие радости.

Но я беру чемодан и иду следом.

Она останавливается у открытой двери.

— Гостевая — тут. Ванная напротив. Она одна.

Мой взгляд скользит к следующей двери.

— А это твоя, полагаю?

— Моя, — отвечает она, скрестив руки.

Похоже, она тоже вспоминает прошлый раз, когда я был в её комнате. Когда мы целовались, а потом я струсил.

— Осваивайся, — говорит она, поворачивая ручку своей двери.

— Джунипер?

— Что? — не оборачивается.

Я хочу сказать всё. Но она пока не готова услышать всё. Поэтому выбираю одно.

— Тот поцелуй не был ошибкой, — говорю тихо. — Он был откровением. Вот почему он меня так чертовски напугал.

Она замирает. На миг кажется, что обернется, что скажет что-то в ответ. Но нет. Просто заходит и закрывает дверь.

Хорошо. Пусть злится.

Я приехал не за её одобрением.

Я приехал вернуть её.

По своим правилам.

Шаг за шагом.

И на этот раз я всё сделаю правильно.

Глава 3

Джунипер

Слова Лиама всё еще звенят у меня в голове.

Я не помню их точный порядок, но кое-что врезалось.

Не ошибка. Откровение. Испугался.

Когда он это сказал, мне хотелось обернуться и засыпать его вопросами. Но гордость и разбитое сердце не позволили. Да, у него могут быть сожаления, но это не значит, что он хочет чего-то от меня сейчас.

С той минуты, как он стоял у двери моей квартиры — нет, с той минуты, как вошел в Blush & Binding, — я изо всех сил старалась держаться спокойно. И чувствую, что с треском проваливаю эту миссию.

Мой хаотичный «тур по квартире» напоминал телешоу про недвижимость на ускоренной перемотке. Я просто показала ему, где что, и сбежала в спальню, оставив его с чемоданом у гостевой комнаты.

Такого точно не было на моем рождественском бинго. Я знаю, потому что сама нарисовала все карточки к мероприятию Books & Bubbly на следующей неделе. И пункт «краш, который унизил тебя прошлым Рождеством, признается, что поцелуй не был ошибкой» там определенно отсутствовал.

И хоть девственницей я все еще остаюсь, Лиам об этом знать не должен. Пусть думает, что после его отказа я и глазом не моргнула. Что у меня был другой — красивый, уверенный, опытный. И теперь я живу лучшую жизнь.

Отчасти это правда. Или будет, когда я сама в это поверю.

На деле же — открыть бизнес оказалось чертовски сложно. Между защитой диплома, доработкой бизнес-плана для гранта и запуском книжного — у меня не осталось времени на личную жизнь.

Но Лиаму это знать необязательно.

Телефон в кармане вибрирует — я пропустила сообщения из чата, пока водила его по квартире.

Кэсси: Сегодня — Merry Moose.

Уайли: А это чем-то отличается от любого другого вечера?

Кэсси: Да, там будет на кого посмотреть.

Уайли: Но ведь ты там будешь.

Кэсси: Отвали, Уай.

Уайли: Леди вперед.

Кэсси: Третий лишний, между прочим.

У Кэсси и Уайли вечная комедия — флиртуют, ругаются, целуются, потом жалеют. Повторить. Сейчас я бы предпочла быть их «третьим лишним», чем сидеть в этой квартире, где воздух искрит от напряжения между мной и Лиамом.

Пишу, что встречусь с ними через двадцать минут в The Merry Moose, и лезу в шкаф. Нахожу кремовое вязаное платье, перетягиваю талию ремнем, надеваю теплые колготки и ботфорты на шпильке. В снегу в них ходить неудобно, но практичность закончилась в тот момент, когда Лиам Харгроув въехал ко мне на праздники.