— Как жаль, — произношу я с показным сожалением, изображая заботу так сладко, что сама готова захлебнуться. — Похоже, ему негде остановиться.

— А почему бы не у тебя, Жужа? — радостно выдает мама, словно только что нашла недостающий кусочек в тысячедетальной головоломке.

У меня сердце уходит в пятки. Челюсть отвисает.

— Мам… — начинаю, но она уже не слушает.

— Идеально! Мы ведь как раз закончили обустраивать гостевую. Там новое постельное белье и уютный уголок для чтения.

— Уверен, это именно то, что нужно Лиаму, — усмехается Джаспер.

Я встречаю взгляд Лиама и буквально кричу глазами: Откажись. Сейчас же.

Но он, конечно, только улыбается — эта его улыбка, черт бы её побрал.

— Для меня будет честью стать первым гостем Джунипер.

Наши взгляды встречаются, и в его глазах вспыхивает что-то, чему я не нахожу названия. И уж точно не доверяю.

Прекрасно. Просто охренительно прекрасно.

Мужчина, который год назад разбил мне сердце, теперь будет жить через стенку.

И мне, выходит, нужно вести себя прилично. Делать вид, что ничего не было?

О, хо-хо, черт возьми, нет.

Глава 2

Лиам

Я стою позади Джунипер на лестнице, пока она возится с ключом от квартиры над своим книжным. Пространство узкое, но меня это не смущает. С этой близости я чувствую её запах — что-то мягкое, цветочное, будто жасмин и зимний воздух. И немного сладости, как от спелых слив.

Мне нужно было это мгновение, чтобы просто посмотреть на неё. Раньше, с её колючестью и посторонними вокруг, я не мог позволить себе смотреть так открыто.

Черт, она прекрасна.

Я видел её фотографии. Следил за обновлениями. Издалека наблюдал, как она строит Blush & Binding с нуля, шаг за шагом, и делится каждым этапом.

Медные волосы убраны заколкой с шелковым бантом — такие банты всегда почему-то сводили меня с ума. Несколько прядей выбились и обрамляют лицо. Пушистый розовый свитер делает её похожей на валентинку — теплую и нежную. Взгляд, который она бросает через плечо, совсем не такой.

— Чтобы ты знал, ты не мой первый гость, — говорит она, поворачивая ключ. — У меня бывали другие гости. Мужчины. Много.

Черт побери.

Челюсть сжимается при одной мысли о ней с другим мужчиной.

Возможно, она специально это говорит, чтобы уколоть. Но, глядя на неё сейчас — уверенную, собранную, красивую женщину, я не сомневаюсь: она могла бы заполучить любого.

В прошлом году она хотела меня, но я все испортил. Просто онемел от осознания, что начинаю чувствовать что-то к сестре лучшего друга. И отреагировал неправильно.

Она не обязана мне ничем. Но от этого боль в груди не становится меньше.

Если она уже не невинна — пусть это было с тем, кто видел её по-настоящему. Не с каким-нибудь идиотом, не осознавшим, как ему повезло.

— Учту, — отвечаю я, стараясь удержать вспышку ревности.

Она открывает дверь и заходит внутрь, но вдруг резко поворачивается и мы оказываемся вплотную в узком коридоре.

Наше дыхание смешивается.

Её взгляд падает на мои губы.

Самообладание тает.

На миг мне хочется поцеловать её и сказать всё — о сожалении, о том, как она снится мне каждую ночь. Но одно неверное движение и я разрушу всё, ради чего приехал.

Она первая отступает, создавая расстояние.

— Не волнуйся, Харгроув, — холодно произносит она. — Влюбленность давно прошла. Теперь ты просто постоялец.

Её слова проходят сквозь грудь, как острый нож.

— И ты был прав в прошлом году, — добавляет она. — Тот поцелуй был ошибкой.

Я разглядываю её с ног до головы, замечая, как неровно поднимается грудь. Она лжет. Возможно, даже себе больше, чем мне.

— Ошибкой? — спрашиваю я.

Она запинается, будто забыла текст заранее заученной роли.

— Э-э… да.

Я вижу, как по тонкой шее проходит нервный глоток. Мои пальцы помнят, как под ними билась её пульсация. Будто с того вечера не прошло и дня. Будто тот поцелуй всё ещё живет под моей кожей.

Хочу рассказать всё — почему я здесь, чего хочу от неё, от нас. Но она не готова. Я вижу это по напряженным плечам и сжатым губам. Если сейчас надавлю — потеряю даже то немногое, что есть.

Терпение. Только по плану.

Она разворачивается, разрывая натянутую нить между нами.

— Это мои апартаменты. То есть, квартира, — бросает она с колкостью.

— Значит, теперь мы издеваемся над акцентом, — усмехаюсь я.

— Просто перевожу, — отвечает она с дерзкой улыбкой.

Она чертовски остра на язык. И я это обожаю.

— Шкаф для пальто, — показывает она на дверь у входа и уходит, снимая сапоги.

Я снимаю пальто, открываю шкаф. Внутри аккуратно висят её вещи, пропитанные тем самым ароматом — теплым, родным, сбивающим с мысли. Вешаю своё рядом, надеясь, что запахи смешаются.

Разувшись, прохожу дальше.

На полу мягкий цветочный ковер, у стены — маленький столик цвета шалфея под зеркалом в золотой раме с волнистыми краями.