Я старался говорить легко, но всё время чувство угнетённости росло. Ненавижу убийства. Ненавижу убийц. Ненавижу необходимость назвать хотя бы одного из них. Совсем скоро это станет неизбежным.

«Он был с тобой. Когда я пришёл предложить тебе козу, я спросил его, где ты. Он ответил, что ты пошёл в город, а взамен спросил, как пройти к водоёмам Маюмы».

«Как он выглядел?»

«Черт возьми, если я знаю. У него не было времени остановиться; он мчался на верблюде».

«Молодой? Старый? Высокий? Низкий? Видите ли вы его здесь сейчас?»

Мужчина выглядел испуганным. Не привыкший описывать людей, он никак не мог подобрать слов. Давить на него было бесполезно. Даже когда один возможный убийца – Транио – стоял в десяти футах от нас и ждал выхода на сцену. Свидетель был ненадёжным. Слишком много времени прошло. Теперь, если бы я предложил какие-то варианты, он бы сразу согласился, чтобы выйти из своего затруднительного положения. У этого чудака был ответ на всё, но мне пришлось бы его отпустить.

Я промолчал. Терпение было моей единственной надеждой. Александр хитро поедал рукав моей туники; заметив это, хозяин ударил его между ушей. Удар по голове козла напомнил ему о чём-то: «Он носил шляпу!» Я уже слышал это раньше.

Пока я переводил дыхание, владелец козы охотно описал экземпляр из Герасы. «Это была одна из тех вязаных вещей, с откинутым верхом».

Это было совсем не похоже на широкополую греческую шляпу с круглой тульей, которую Мусе прислал из Петры Шуллей. Но я знал, где видел её.

«Фригийский колпак? Как у бога солнца Митры?»

«Верно. Один из тех, длинный и гибких».

Коллекционная шапочка Грумио.

Итак, убийцей Ионе был Грумио. Я сам обеспечил ему алиби, основываясь на ненадёжном предположении, что видел его несколько раз в одном и том же месте. Мне и в голову не приходило, что в это время он мог ускакать куда-то ещё.

Оглядываясь назад, я понимаю, насколько нелепой была моя самоуверенность. Конечно же, он сделал перерыв в своём выступлении. Он бы ни за что не смог выдержать такое блестящее выступление всю ночь. Если бы он простоял на этой бочке весь вечер, к тому времени, как мы с Музой вернулись из храма Диониса, он бы охрип и был совершенно измотан. Он был совсем не в таком состоянии, когда вытащил меня за оскорбления и чуть не стоивший мне жизни «несчастный случай» с моим же ножом.

Он был бдительным, контролировал ситуацию, возбуждённым, опасным. А я упустил очевидное.

Грумио дважды проехал по бочке. В промежутке он поехал к прудам и убил девушку.

* * *

Действовал ли он в одиночку? И убил ли он ещё и Гелиодора? Разобраться было сложно. В голове был полный бардак. Иногда лучше иметь двадцать подозреваемых, чем всего двоих. Я хотел посоветоваться с Еленой. К несчастью, я запер её в личной ложе командира.

* * *

Я подошёл к выходу на арену. Грумио там уже не было. Он и Хремес проскользнули на арену, готовые появиться сбоку. Они прятались в одной из ниш. Давос скрывался на сцене, готовый появиться в облике призрака. Остальные актёры ждали меня.

Рибес всё ещё наслаждался игрой на лире. К счастью, сирийцы любили менестрелей. Рибес считал себя никчёмным, и, поскольку никто не подал ему знака закончить увертюру, он лихорадочно импровизировал.

Транио стоял у ворот. Я небрежно подошёл к нему. «Ты будешь рад узнать, что я нашёл кольцо Грумио».

«Его кольцо?»

«Синий камень. Может быть, лазурит; может быть, просто содалит…» Он совершенно

понятия не имею, о чем я говорю.

«Как я и думал, он даже об этом соврал!» Я схватил Транио за локоть и рывком притянул его к себе.

«В чем дело, Фалько?»

«Транио, я пытаюсь понять, ты глупо предан или просто полный дурак!»

«Я не понимаю, что вы имеете в виду…»

«Пора перестать его защищать. Поверьте, он с радостью пытался вас впутать! Что бы вы ни думали, что ему должны, забудьте об этом сейчас!»

Другие слушали: Талия, Муза, многие из актёров. Взгляд Транио метнулся в сторону присутствующих.

«Пусть слушают», — сказал я. «Нам нужны свидетели. Признавайся. В чём заключался залог, который ты дал Гелиодору, а потом поскандалил?»

«Фалько, мне нужно продолжать…» — Транио был в панике.

«Ещё нет». Я схватил его костюм за ворот и резко дёрнул. Он не мог понять, действительно ли я злюсь или просто подыгрываю. «Я хочу знать правду!»

«Твоя игра, Фалько…»

«Наполни мою пьесу».

На мгновение мне показалось, что всё уходит от меня. Помощь пришла с неожиданной стороны: «Залогом был свиток». Заговорил Филократ.

Должно быть, он действительно обеспокоен тем, что его самого обвинят в преступлениях. «Это была коллекция ужасных старых шуток Грумио».

«Спасибо, Филократ! Хорошо, Транио, ты должен дать несколько быстрых ответов! Во-первых, ты действительно был с Афранией в ту ночь, когда погибла Иона?»

Он сдался. «Да».

«Почему вы попросили ее притвориться, что это не так?»

«Глупость».