— Да ну, — я пожимаю плечами, чувствуя, как горят щеки. — Я не такая уж особенная.

Хватка Джорджа крепнет.

— К черту всех, кто заставил тебя так думать.

Я моргаю от силы в его голосе.

— Этот самолет видел знаменитостей, миллиардеров и политиков. — Джордж встает и, не отпуская моей руки, поднимает меня с места. Его серый взгляд вонзается мне в глаза. — И Шон, и я скажем одно и то же: ты самый важный человек, который когда-либо ступал в эту кабину.

Я тяжело сглатываю. Потом сокращаю единственный вдох пространства между нами и ловлю губы, которые умеют разрушать меня словами.

Джордж глухо стонет, когда я целую его жестко, веду языком по его губам и пытаясь вобрать в себя всего. Мир сдвигается, и я задыхаюсь у его рта, через секунду понимая, что Джордж прижал меня спиной к входу в кабину пилотов. Его бедро вклинивается между моих ног, мои ладони обхватывают его голову, а бешено колотящееся сердце грозит вырваться из груди.

Этот мужчина мог бы меня раздавить. Но он лишь окружает.

По моему лицу скользит свет, и я с удивлением отрываюсь от губ Джорджа. Он смотрит на меня сверху вниз, с тяжелыми от возбуждения веками и припухшими, влажными губами после моих нетерпеливых поцелуев.

— Это были всего лишь фары, — бормочет он, его пальцы разминают мою спину. — Но, пожалуй, нам стоит сменить место.

— А заднее сиденье у тебя большое? — спрашиваю я, задыхаясь, с отчаянной нуждой в голосе.

Джордж натужно смеется, наклоняется и оставляет на моей шее долгий, открытый поцелуй. Там он точно чувствует мой грохочущий пульс. Внизу становится влажно, и я не могу удержаться, подаюсь бедрами навстречу твердости его ноги. Какая-то иррациональная часть моего мозга решает, что кабина пилотов — идеальное место, чтобы Джордж достал член.

Иначе зачем бы эту часть самолета так называли?

Он отстраняется со стоном, и я жалобно всхлипываю в знак протеста.

Но горячий пилот ухмыляется и делает соблазнительное встречное предложение.

— Хочешь посмотреть, где я живу?

Глава 27

Когда Джордж приглашает меня к себе, я соглашаюсь, потому что все, о чем способен думать мой возбужденный мозг, — остаться с ним наедине в месте, которое не принадлежит BBN. Когда мы едем каждый в своей машине, он присылает мне адрес, и я таращусь на знакомую улицу.

Я: Ты живешь в том же доме, что и Шон???

Джордж: Да

Я: Ты мог просто сказать! Мне не нужен навигатор

Джордж: Хотел посмотреть, сколько восклицательных знаков ты поставишь, когда узнаешь

Джордж: Шон поставил бы минимум десять

Я:Я не мой брат, сэр. Я куда более собранная. Взрослая. Даже сдержанная.

Джордж: И куда более сексуальная

После этого я убираю телефон. Водить машину в состоянии возбуждения, наверное, небезопасно. Я не могу позволить себе получить штраф за превышение скорости из-за собственного либидо.

И все же тот факт, что я знаю, куда еду, дает мыслям простор. Теперь становится понятен тот давний инцидент с лифтом. Когда Джордж выскочил сразу после того, как я зашла, чтобы подняться к Шону, я ожидала, что он появится через пару минут. Но он так и не появился, и я решила, что он вообще ушел из здания. Еще один признак того, что я ему не нравлюсь.

А оказывается, он просто вернулся к себе.

О боже, а если я встречу Шона по дороге к…

Ну, я не уверена, что именно мы с Джорджем сейчас будем делать, но это точно не для семейного просмотра. Я осматриваю парковку в поисках брата, заезжая на место, но вижу только отвлекающе красивого пилота, который ждет у лифта.

Он улыбается самодовольно, когда я подбегаю к нему.

— Не могу поверить, что ты живешь здесь. — Я слегка толкаю его плечом, и прежде чем отстраниться, он обнимает меня, притягивая вплотную к себе.

— Хороший дом. Здесь живет мой лучший друг. И иногда появляется одна потрясающая девушка. — Он целует меня в макушку, когда металлические двери разъезжаются. От его близости до меня доносится соблазнительный аромат одеколона.

Я прикусываю щеку изнутри, стараясь сдержать улыбку.

Джордж заводит меня в лифт и нажимает кнопку, которая не ведет к пентхаусу Шона.

— Значит, ты ушел после книжного клуба? Просто спустился на пару этажей ниже?

— Нет. Я спал на диване.

Насколько помню по тому пьяноватому вечеру, я уснула на диване. Но проснулась в кровати.

— Ты отнес меня в гостевую?

Джордж издает звук, очень похожий на «да».

Подозрение шевелится где-то на задворках сознания.

— Когда мы уходили, ты спустился со мной на парковку. — Туда, где мы столкнулись с моим чертовым отцом. Но до того, как на наш приятный разговор вылили ведро ледяной воды, я думала, что Джордж едет домой. — Я решила, что ты уезжаешь. Почему ты тогда не пошел к себе?

— Я и пошел к себе.

— Правда?

Двери открываются, и Джордж убирает руку, только чтобы тут же перехватить мою ладонь и повести меня по коридору.