Шон бросает через плечо злодейскую ухмылку и проталкивается в пентхаус, унося мои вещи.

— Мы делаем книжный клуб правильно.

Я фыркаю и иду за ним, понимая, что не могу вести себя с братом так, как обычно, при посторонних. Тем более при Джордже.

Разве что при Дарле. Ее бы это позабавило.

Мы проходим через прихожую на кухню, совмещенную с гостиной.

И там Джордж — сидит на барном стуле и смотрит на пиво в руке так, словно предупреждение минздрава стало для него новостью. Он так же сосредоточенно смотрел на свой напиток в мотеле на прошлой неделе, пока «Властелины воздуха» не разрядили обстановку.

— А теперь мы все в сборе! — Шон бросает мою сумку рядом с огромным диваном и направляется к духовке. Оттуда он достает контейнеры с едой навынос, которые держал теплыми. В воздухе витает насыщенный запах китайской еды.

Но даже аромат цыпленка генерала Цо не может отвлечь меня от третьего участника этого уравнения.

— Бет. — Джордж резко встает. Стул качается, но он ловит его и приветствует меня кивком.

Эта голова. Я до сих пор чувствую ее тяжесть на своем животе.

Не краснеть. Не думать о том, как он спасает щенков и отдает мне свою вкусно пахнущую футболку, чтобы мне было удобно спать.

Не думать о «вверх и перекат».

Не думать о том, что он когда-то был женат на женщине, о которой я никогда не слышала.

— Привет. Джордж. Здравствуй, — сиплю я. Прочистив горло, оглядываюсь в поисках чего-то, что поможет разрядить внезапно зазвеневшее между нами напряжение. Взгляд снова цепляется за его пиво, и я указываю на бутылку. — Надеюсь, ты нашел открывалку.

Он опускает взгляд на коричневое стекло, а когда поднимает его снова, в уголках глаз появляется смешинка.

— Нашел. Но могу открыть и твою по-пещерному, если хочешь.

Да, пожалуйста.

— Налетай! — Шон расставляет тарелки на гранитной столешнице острова и с нетерпением трет ладони. — Вам понадобятся силы.

Брови Джорджа взлетают вверх, и я внутренне съеживаюсь.

— Для книжного клуба?

Шон кивает, накладывая себе рис со свининой.

— Ты успел прочитать книгу?

— Да, — Джордж берет тарелку и протягивает ее мне. И тут я понимаю, что все еще стою на приличном расстоянии, наверное, с видом человека, готового в любой момент сбежать.

Может, так и стоит сделать, пока мой летный инструктор не увидел, какая я на самом деле. Доктор Джекилл и мистер Хайд в одном лице, пробуждаемые книжным клубом.

— Отлично, — говорит Шон, не замечая моего замешательства. — Тогда, может, выдержишь натиск.

Мне хочется настоять, что мы не будем подвергать Джорджа нашим обычным традициям. Никто не заслуживает такого опыта. Но тогда брат надуется, а у Шона талант к обидам уровня щенка золотистого ретривера.

Лучший выход — сохранять самообладание. Я подам пример, и Шону придется подстроиться.

Это будет приятный, спокойный вечер, во время которого три умных человека размеренно обсуждают литературное произведение.

Легко.

—

Час спустя, и, разумеется, не по моей вине, я стою на уникальном журнальном столике за тысячу долларов и ору на брата о вымышленных персонажах, пока он разливает шоты. Именно в этот момент до меня доходит, что вечер ускользнул из рук.

Но я не могу позволить Шону думать, что он прав. Просто не могу.

— Фрэнсису нельзя доверять дальше, чем я могу зашвырнуть его тощую задницу! — мой крик разносится по пентхаусу, отражаясь от высоченных потолков.

— Думаю, ты могла бы зашвырнуть его довольно далеко, — Шон потряхивает бутылкой текилы. — А значит, я прав: Фрэнсису можно доверять. Он не предаст Ноэми.

— Он предавал ее всю книгу! — я размахиваю своим агрессивно исписанным экземпляром «Мексиканской готики», готовая при необходимости зачитать номера страниц.

— Им управляли грибы.

— И до сих пор управляют! — я тычу пальцем в обложку, подчеркивая мысль. — Запомни мои слова, в нем еще полно зла. Ноэми должна его бросить.

— Ни за что! — Шон торжествующе взмахивает своим, не менее разметанным закладками, экземпляром исторического триллера. — Даже если что-то осталось, Ноэми и Фрэнсис победят это вместе. Настоящая любовь восторжествует. — Он поворачивается к дивану, протягивая бутылку другу, будто это микрофон. — Давай, Джордж. Ты же знаешь, что я прав.

— Нечестно! Ты не можешь выигрывать только потому, что он твой лучший друг, — я резко разворачиваюсь к Джорджу, возвышаясь над ним со своей позиции. Было неизбежно, что я окажусь на столе. Мне всегда нужен лишний фут высоты, чтобы утвердить превосходство над раздражающе высоким братом. — Скажи правду, Джордж. Скажи Шону, что я права. В книжном клубе дружба ничего не значит.

Он смотрит на меня снизу вверх, с ошарашенным выражением лица.

Вот почему я хотела держать себя в руках. Женщина, в которую я превращаюсь, обсуждая книги с братом, скорее чудовище, чем человек. Когда Джордж оправится от шока, он рванет к ближайшему выходу.