Внутри тяжело сворачивается чувство вины.

Нет, не лучшая, хочется сказать мне, вспоминая сообщение, которое я только что отправила Джорджу Бансену. Будь я хорошей дочерью, я бы никогда больше не позволила ничему, связанному с BBN, коснуться нашей жизни.

Глава 10

Смыв с себя въевшийся запах жареной еды, который всегда тянется за мной после смены в закусочной, я сажусь в свой старенький «Сатурн» и еду в город на книжный клуб. Радио в машине сломано, ручка переключения станций не работает, но к счастью, оно в прошлый раз остановилось на латинской поп-волне. Я слушаю бодрую танцевальную музыку, вручную опускаю стекло, впуская свежий весенний ветер, и наслаждаюсь дорогой из маленького городка через пригороды в центр.

Шон технически живет не так уж далеко от меня. Если на дорогах спокойно, я доезжаю за тридцать минут. Но разница вокруг разительная. Вместо полей и торговых рядов — высотки и платные парковки. К счастью, брат дал мне пропуск в подземный гараж под своим домом. На Рождество несколько лет назад он подарил мне еще и проездной транспондер, чтобы я не разорялась на все дорожающие сборы по пути в Арлингтон. Я взяла подарок, потому что иначе не смогла бы к нему ездить.

В те редкие разы, когда Шон заезжает к нам, атмосфера… натянутая.

Мама, конечно, не бывает с ним грубой или холодной. Но и его обычное обаяние на нее не действует. При нем она становится тише. Внимательнее наблюдает, переводя взгляд с него на меня, когда мы неизбежно начинаем поддразнивать друг друга.

Может, шарм Шона слишком напоминает ей, каким Карл был в начале, когда ухаживал за ней.

Какова бы ни была причина, мама держится сдержанно, Мардж суетится по дому, а Шон тараторит без умолку. И, будто чувствуя напряжение, Грампс обычно тихо, но непрерывно рычит из своего кресла в гостиной.

Зато ездить к Шону в гости куда спокойнее.

Даже если его жилье пугающе роскошное. Впрочем, к пентхаусу я почти привыкла. По крайней мере, я убеждаю себя в этом, переминаясь с ноги на ногу в лифте по пути на верхний этаж.

— Я заказал тайскую еду, — объявляет Шон, распахивая дверь на мой стук.

— Отлично. — Меня устроит любая еда из ресторана высшего уровня. — Я принесла пирог. Лимонный крем под меренгой. Дарла испекла.

Лицо брата светлеет, и я с трудом сдерживаю смешок.

Сначала я думала, что его флирт с моей подругой — просто привычка всем нравиться. Но все чаще мне кажется, что Шону и правда нравится эта колючая, как дикобраз, женщина.

Желаю ему удачи.

— Ммм. А как она узнала, что лимон — мое любимое? — Он ведет меня в просторную гостиную и ставит десерт рядом с коробками навынос.

— Она не знала. Я не говорила, что принесу его.

— Почему?

— Не хотела, чтобы она туда плюнула.

Брат вздыхает с дурашливой улыбкой, словно ему даже приятно вспоминать ее угрюмый нрав.

— Все равно поблагодарю ее в следующий раз, когда зайду в закусочную. Если Джордж будет со мной, его тоже придется благодарить.

Я хмурюсь.

— За что? Я уже сто раз сказала спасибо за посадку самолета.

— Я никогда не перестану благодарить его за это. — Шон машет рукой в сторону двери гостевой спальни. — Но можешь еще сказать спасибо за то, что в гостевой ванной теперь работает унитаз. Сегодня утром он взбесился. Не смывал. Я, возможно, запаниковал. Но тут появился Джордж, поколдовал над унитазом, и загадочный механизм снова заработал. В следующий раз при встрече ты обязана устроить ему овацию стоя.

Я закатываю глаза.

— Во-первых, унитазы не загадочны. И уж точно не требуют магии.

— Неправда. Они заставляют исчезать все, что выходит из моего тела. Куда это девается? Как уходит? Единственное объяснение — магия.

— Во-вторых, — продолжаю я, не реагируя на полное отсутствие у Шона бытовых навыков, — ты живешь в самом роскошном доме на свете. Уверена, на ресепшене есть сантехник по вызову, который спокойно бы все починил.

Черт, да я сама смогла бы разобраться. С тех пор как я живу в доме со старыми трубами, я в этом поднаторела. К тому же пару дней назад я устраняла почти такую же проблему.

— Джордж — волшебник по части унитазных заклинаний, — заявляет Шон. — Он заслуживает уважения.

— Поэтому он твой лучший друг? Потому что без него ты бы утонул в собственных отходах?

Телефон Шона вибрирует на столешнице между нами.

— Может, это как раз он. — Я киваю на телефон и стараюсь не замечать, как у меня учащается пульс при мысли услышать глубокий голос пилота. — Твой спутник жизни проверяет, как ты там.

Брат фыркает.

— Нет. И знаешь, откуда я знаю? Потому что это звонок. Джордж терпеть не может говорить по телефону. Уверен, даже убегая от маньяка, он пытался бы писать в службу спасения вместо того, чтобы звонить. — Шон переворачивает телефон экраном вверх. На нем высвечивается незнакомый номер. — Обещаю, после этого выключу звук.