— Ты невыносим, — бормочу я.

Он чихает мне прямо в лицо.

Бурча проклятия вперемешку с признаниями, что да, он самый милый пес на свете, никогда не делает ничего плохого, и вообще проблема во мне, я выползаю из кровати, чищу зубы и натягиваю спортивные штаны, чтобы защититься от утреннего холода.

Несмотря на то что Грампс настаивал, чтобы я немедленно встала, на прогулке он плетется как улитка, останавливаясь каждые пару метров понюхать траву. Я использую это время, чтобы распланировать дела на день. Да, формально у меня выходной. Но выходные — это дни для дома. Работа, чтобы ветхий дом, в который я вложила все сбережения, продолжал стоять.

Все, что может хоть немного снизить стресс в жизни мамы.

Зато дорога, по которой мы идем, приятная. Та самая, по которой мама и Мардж водили Грампса, когда его только забрали из приюта, и он учился понимать, что такое любовь и забота. Они проходили почти километр от нашей двухкомнатной квартиры, чтобы попасть на эту тупиковую улицу. И, доходя до подъездной дорожки старого дома в стиле Тюдоров, мечтали о будущем, в котором купят его и приведут в порядок. Заменят стекла в зимнем саду и заполнят его растениями. Прополят задний двор и разобьют огород. Поставят новую крышу и новые полы… честно говоря, там нужно менять вообще все.

Они влюбились в саму основу этого дома.

Но риелтору позвонили не они. Это сделала я. В тот день, когда поняла, что жизнь коротка, и нельзя допустить, чтобы мама прожила ее, так и не пожив в доме своей мечты.

Такая светлая идея.

Жаль только, что результат не совпал с намерениями.

Когда мы с Грампсом возвращаемся через заднюю дверь, на кухне уже мама и Мардж. Мардж жарит яйца, а мама сидит за столом, усыпанным бумагами, и, не поднимая глаз, бормочет:

— Доброе утро.

— Спасибо, что выгуляла Грампса. — Мардж улыбается мне. — В яйца добавить чеддер?

— Да, пожалуйста.

Насыпав псу корм, я сажусь напротив мамы.

— Что это все?

— Договор аренды на помещение на Пятой.

Она поднимает на меня взгляд поверх очков, съехавших на кончик носа.

— И бизнес план для моего магазина растений.

— Ты… — Я прочищаю горло, пытаясь спрятать панику. — Ты этим занялась?

Вместе с мечтой жить в этом доме, еще до болезни мама начала говорить о маленьком магазине, где могла бы продавать свои растения. Идея появилась после того, как она отказалась от корпоративных амбиций. Не уверена, что карьера в крупной корпорации вообще была ее настоящей мечтой. После детства в приемной семье ей, наверное, казалось, что это путь к стабильности.

Пока это не перестало быть правдой.

Теперь, пережив угрозу смерти и долгий период депрессии, с помощью психотерапевта мама поняла, что действительно принесет ей покой.

Проводить дни с женщиной и дочерью, которых она любит.

Создавать уютный дом вместе.

И идти за мечтами, которые приносят радость, например открыть магазин растений.

Я хочу, чтобы эта мечта сбылась. Правда хочу.

Она разрушила свою жизнь ради меня, а потом пережила еще столько боли, которой не заслуживала. Я хочу, чтобы у мамы было все, о чем она только может мечтать.

Но я вижу только красные цифры, которые идут рука об руку с новым бизнесом.

Долги.

Будет ли в моей жизни время, когда я никому не должна денег?

— Я пока только начинаю. Присматриваюсь.

Она складывает бумаги и убирает их в папку.

— А у тебя какие планы на сегодня?

— Починить водосток над задней террасой. И заменить сливной механизм в туалете внизу.

— О, спасибо тебе большое, что занимаешься этим. У меня короткая смена в «Поузис».

Так называется цветочный магазин, для которого она развозит заказы. Мама обожает садиться в фургончик с нарисованными цветами и ездить по городу, развозя букеты. Думаю, эта радость связана с тем временем, когда она не могла водить. После двойной мастэктомии ей было больно держать руль, а потом побочные эффекты химиотерапии сделали вождение небезопасным.

— И я заеду к врачу. Просто плановый осмотр.

Она добавляет это, заметив, как у меня напрягаются плечи, и тут же спешит перевести тему, будто так я забуду.

— Напиши, что нужно купить для нашего салонного вечера, и я заеду по дороге домой.

Салонный вечер — это сбор почти всех, кто мне дорог. Привычный ритуал поможет немного разрядить обстановку, если прием у врача пройдет не так гладко, как мы надеемся.

— Я могу поехать с тобой к врачу, — предлагаю я.

У мамы улыбка сначала натянутая, потом смягчается, и я почти читаю ее мысли. Мое чрезмерное участие ее напрягает, пока она не напоминает себе, что я переживаю из-за любви. Она тянется через стол и сжимает мою руку.

— Честно, Бет, я бы предпочла сходить одна. Но обещаю позвонить, если понадобишься. Хорошо?

Я киваю и стараюсь улыбнуться беззаботно.