— Я нахожу беседу с собой весьма увлекательной.

Пытаюсь тоже скрестить руки и встать в такую же позу, но брауни мешают.

Джордж наблюдает за моими неловкими взмахами руками.

— Вот как?

— Да.

В итоге я прижимаю десерт к груди, будто так и было задумано.

— Тот, кто не может поговорить с собой, скорее всего, зануда. Если тебе не интересны собственные мысли, почему они должны быть интересны другим?

Уголок губ Джорджа дергается, но он быстро берет себя в руки.

— Готова пообщаться с другими людьми? Не обещаю, что среди них не найдется зануд.

Они же пилоты. Как они могут быть скучными?

Я машу ему, чтобы шел первым, и Джордж неторопливо ведет меня с парковки к ряду знакомых ангаров.

— Ты уверен, что мне можно сюда? — спрашиваю я, хотя на самом деле думаю о другом.

Ты правда хочешь познакомить меня со своими друзьями пилотами?

Но, наверное, дело не в желании. Мне правда надо усадить Шона и сказать, чтобы перестал давить на лучшего друга ради меня.

— Уверен. Можно прийти на два мероприятия клуба, прежде чем вступать.

Он говорил то же самое в закусочной.

— Клуб всегда рад новым участникам.

Новым платящим участникам, конечно.

И я точно не стану одной из них. Не потому, что не хочу. А потому что деньги. Все всегда упирается в деньги.

Мы идем рядом, ветер треплет мои волосы, и я жалею, что у меня нет кепки, как у Джорджа, чтобы удержать короткие пряди. Я уже в пятый раз за пять секунд убираю рыжие волосы с глаз, когда мне приходит мысль.

Кто нибудь здесь меня узнает?

Насколько я знаю, Карл Ньютон сделал все, чтобы стереть любые намеки на то, что у него есть второй ребенок. Уверена, даже одинаковый оттенок рыжих волос его раздражает.

И, возможно, ему удалось бы полностью вычеркнуть меня из своей жизни, если бы не Шон. Может, будь у Ньютонов еще один ребенок, брат не вцепился бы в меня так крепко.

Так что остается вопрос: кто знает, кто я такая и как вообще появилась на свет?

— Среди них есть люди из BBN? — спрашиваю я.

В конце концов, это транспортная компания. С целым флотом частных самолетов.

Джордж задумывается, наклонив голову.

— Несколько пилотов из клуба летают для BBN. Не знаю, будут ли они сегодня. Из офиса никого нет.

Кроме тебя, мысленно добавляю я с облегчением. Пилотам BBN незачем следить за офисными сплетнями, чтобы знать о внебрачном ребенке генерального директора. От таких насмешек я, скорее всего, в безопасности.

Мы почти дошли до ангара клуба. Оттуда доносится гул голосов и пахнет мясом на гриле. Джордж вдруг останавливает меня, положив руку мне на плечо. Когда мы поворачиваемся друг к другу, он снимает очки и цепляет их за вырез своей хенли, которая сидит на нем слишком уж хорошо.

— Это хорошие ребята.

Его серые глаза удерживают мой взгляд.

— Класс.

— Тебе не нужно нервничать.

— Я не нервничаю, — бурчу я, теребя пленку на контейнере с угощением.

Губы Джорджа сжимаются. Что с ним такое? Он думает, я буду грубить? Это он обычно меня отшивает.

— Просто держись рядом. Я тебя представлю.

Он что, думает, мне нужна нянька? Что я не справлюсь среди незнакомых людей? Да я профи по незнакомцам. Каждый день обслуживаю их с улыбкой.

А может, он хочет держать меня рядом, чтобы я его не опозорила. Вдруг кто нибудь спросит, откуда я знаю Джорджа, и я отвечу: «О, его отец совладелец компании вместе с моим отцом». Хотя называть Карла Ньютона отцом — щедрость. Когда мама забеременела мной, он пришел в ярость, вынудил ее уволиться с работы, где был ее начальником, а потом всю жизнь старался забыть о моем существовании. Уверена, его деловой партнер, он же мистер Бансен, полностью это одобрял. Так что, можно сказать, наши семьи знакомы.

— Конечно, — говорю я своим бодрым голосом официантки. — Буду держаться тебя, как репей.

Брови Джорджа сходятся к переносице. Он приоткрывает рот, потом, похоже, передумывает и идет дальше к клубной встрече.

Мы вливаемся в атмосферу барбекю, сначала подходим к столу с едой, чтобы я поставила брауни среди прочих угощений. Я рада, что это просто дружеская тусовка, а не официальное собрание. Можно держать в руках напиток и не думать, куда девать руки во время разговоров. Имбирная газировка — мой спасательный круг.

— Тим получает лицензию пилота, — говорит Джордж, познакомив меня с группой мужчин разного возраста.

Все они выглядят как типичные белые мужчины, и я не удивлена. Я здесь буквально единственная женщина.

Может, поэтому Джордж и велел держаться рядом. Хотя это плохо сочетается с его уверениями, что они «хорошие ребята».

Я улыбаюсь Тиму, который, на мой взгляд, примерно моего возраста.

— Здорово. Джордж твой инструктор?

— Неа. Я летаю с Эйденом.

Он кивает на другого парня из компании.

— Еще немного часов налета, и буду готов к проверочному полету.