— Спорю, согласится, — дразнит знакомый голос у меня за спиной, и я резко оборачиваюсь, понимая, что новоприбывший — не кто иной, как мой брат.

Шон ухмыляется, а я закатываю глаза, скрывая, как приятно получить еще один неожиданный визит.

— В городе что, все места с ужинами закрылись? — Я упираю кулак в бок. — Или ты уже уезжаешь?

— Ни то ни другое. — Он подходит обнять меня, потом протягивает кулак Рианн для приветственного удара.

И она, вот уж чудо, отвечает тем же. Видимо, по меркам молодежи Шон крутой. Ему правда нужно еще больше преимуществ в жизни?

— Захотелось «Шон Спешл». А Джордж сказал, что не отказался бы от «Рубена».

— Джордж здесь?

— Горячий пилот здесь? — спрашиваем мы с Рианн одновременно, только она на несколько тонов громче.

Улыбка Шона становится шире.

— Горячий пилот, значит?

— Ага, — Рианн упрямо держится за свое описание, хотя я замечаю румянец на ее щеках. — Салли сказала, он похож на Ченнинга Тейтума.

— Похоже на правду. — Брат поворачивается ко мне, все еще улыбаясь. — И что ты хотела спросить у горячего пилота? Если ставить деньги, я бы поставил на ответ «да».

— Почему? — Я тычу костяшкой пальца ему в плечо. — Ты его собираешься уговорить? А если я попрошу отдать мне все его самолеты?

— Все равно ставлю на «да». А ты что скажешь, Рей? — Шон бросает прозвище моему язвительному подростку, и, клянусь, она тает. Предательница.

— Да! Я тоже думаю, он согласится!

Я стискиваю зубы и шумно выдыхаю через нос, немного злясь на брата за то, что он подогревает ее надежды, когда я уверена в обратном. Но сомнения держу при себе.

Вместо этого наклоняюсь к окну, высматривая знакомую бритую голову.

И, конечно, ловлю взгляд Джорджа ровно в тот момент, когда он тянется к двери и смотрит сквозь стекло. Прямо на меня.

Черт! Я резко отпрянула, только добавив себе странности.

Джордж заходит в закусочную и сразу направляется к нам.

— Эй, горячий пилот. Бет хочет тебя кое о чем спросить. — Шон кладет руки мне на плечи и подталкивает к другу.

Джордж останавливается и смотрит на меня из-под козырька поношенной бейсболки. Одна бровь вопросительно приподнимается.

— Я… — Проклятая бровь. От этого жеста у меня внутри все переворачивается, и я с ужасом понимаю, что адреналиновая влюбленность никуда не делась. Это вообще когда-нибудь пройдет или мне теперь так и жить? Всю жизнь хотеть наброситься на Джорджа Бансена?

Он ждет, и я продираюсь сквозь туман в голове и наконец выдавливаю:

— Ты бы дал интервью? Про аварийную посадку. Для «Трудолюбивого Бобра»?

Теперь подняты обе брови.

Ах да, я же не упомянула название школьной газеты.

— Я репортер! — Рианн вскакивает и подходит, протягивая руку. — Рианн Ховард, корреспондент школьной газеты «Блу Крик».

Джордж жмет ей руку, как деловой партнер. Честно, я впечатлена.

— Ты хочешь взять интервью прямо сейчас? — спрашивает он.

Стоп… это что, было «да»?

— Можно назначить время и спокойно встретиться? — деловито уточняет она. — Папа уже приехал за мной. — Она указывает на парковку, где с дороги сворачивает пикап.

— Конечно, — говорит Джордж. — У Бет есть мой номер.

— Круто! — Рианн возвращается к столику, сгребает учебники и запихивает бумаги в рюкзак. По пути снова бьет Шону кулак — маленькое торжество, что они были правы.

И остаемся мы втроем. Ну, мы, еще два моих столика, надвигающаяся толпа на ужин, Билли на кухне, Дарла, заканчивающая перерыв, Салли в кабинете и Сэм, которая сегодня дома — у них сломалась посудомойка, и она играет в мастера на все руки.

— Садитесь куда хотите, — говорю я мужчинам, понимая, что забросила других гостей. К счастью, никто не возражает, когда я подхожу подлить им напитки.

Тем временем Шон и Джордж устраиваются за стойкой. Брат болтает без умолку, Джордж слушает и иногда кивает. Может, поэтому их дружба и работает — один может говорить бесконечно, второй молчать. А может, Джордж обычно разговорчивее где-то еще. Подальше от «Корнфилдс». Подальше от меня.

Ну и ладно. Это моя территория. И если мне приходится терпеть остаточные гормоны рядом с ним, то ему придется терпеть общее неудобство от моего присутствия.

— Так. — Я раскрываю блокнот, встав напротив них. — «Шон Спешл» и «Рубен»?

— Именно. — Шон улыбается, Джордж кивает. Я записываю заказ, прикалываю листок на раздаче для Билли и оборачиваюсь как раз в тот момент, когда из-за двери выходит Дарла после пятнадцатиминутного перерыва.

Она замечает Шона, который расплывается в улыбке, и стонет.

— Привет, Дарла! — радостно тянет он. — Как день?

Она морщит нос, будто почувствовала неприятный запах.

— Был сносный. Потом появился ты.

Шон опирается на стойку локтями.

— И что это значит?

Иногда мне кажется, мой брат — мазохист.