— Я не знала, что ты сегодня летаешь.

Мое приветствие выходит так себе.

По жесткой линии его рта видно, что Джордж согласен.

За дни после того, как я вылетела из его квартиры, мы обменялись всего несколькими сообщениями. В основном «доброе утро» и «спокойной ночи». Не потому, что я не хочу с ним говорить. Просто я до сих пор не знаю, что сказать.

Особенно если он спросит, кто заставил меня чувствовать себя неловко из-за того, что я не оплачиваю летное время.

Он делает шаг ко мне, потом останавливается и прячет руки в карманы. Словно ему нужно удерживать их, чтобы не потянуться ко мне. И мне больно от того, что я заставила его так себя чувствовать. Что ему приходится убирать все проявления нежности.

Этот человек прожил жизнь, почти не получая тепла от тех, кто должен был осыпать им без меры.

Пока я пытаюсь понять, как лучше исправить то, что надломила, Эйден, сам того не зная, приходит мне на помощь.

— Эй, Джордж! Бет говорила, что вы вместе, — говорит он с искренней улыбкой. — Может, сходим на двойное свидание? Я все пытаюсь уговорить невесту пойти учиться на лицензию.

Он переводит улыбку на меня.

— Может, у тебя получится лучше, чем у меня.

Поскольку Эйден стоит спиной, он не видит, как его слова действуют на Джорджа.

А я вижу.

Он дернулся на слове «вместе», а потом настороженная маска растаяла, уступив место надежде, когда Эйден заговорил о свидании.

Это правда. Я рассказала ему о нас с Джорджем. Я думала оставить это при себе, но пытаюсь быть честнее.

— Разве Джордж Бансен не твой инструктор? — спросил Эйден, когда я позвонила ему после того, как Тим дал номер.

— Да. Но мы начали встречаться. И теперь вышла ситуация: он не хочет брать с меня деньги, а мне было бы спокойнее платить. Думаю, лучше, если он будет просто моим парнем.

Держа телефон у уха, я приготовилась к колкой реплике.

— Конечно. Главное, чтобы тебе было комфортно. Я пришлю тебе расценки и свободное время на следующую неделю.

После этого разговора мне стало почти легче.

Хотя груз нашей ссоры и того, что я скрывала от Джорджа, никуда не делся.

— Да, — хрипло говорит он, глядя на меня. — Это было бы…

— Джордж! Дружище! Мы это делаем?

Крик доносится от дверей ангара, и у меня от ужаса проваливается желудок. Я узнаю этот голос.

— Эй, это что, Эйден?

По асфальту шлепают шаги, и Вернон подходит к нашей компании. Я изо всех сил пытаюсь спрятать дискомфорт, но это трудно, когда я все еще дрожу после полета и нахожусь на излете сильных эмоций.

Я смотрю куда угодно, только не на человека, который считает меня просто приятным видом. Мой взгляд натыкается на Джорджа. Он хмуро смотрит на меня. Я пытаюсь улыбнуться. Правда пытаюсь.

И, кажется, даже немного получается.

— Вот так. И красивая мисс Бет здесь!

У меня по коже ползут мурашки, и я скрещиваю руки на груди, жалея, что надела майку. День шел так хорошо, но я уже понимаю, что этот разговор все испортит.

— Вы только вернулись? — спрашивает Вернон.

— Ага, — отвечает Эйден. — Бет только что сделала свой первый самостоятельный вылет. Идеально.

Джордж наклоняется ко мне, и выражение восхищения и гордости согревает изнутри.

— Это правда?

Я киваю, прикусывая губу, но победную улыбку уже не остановить.

— Правда.

— Держала все ровно. У нас тут профи растет. — Эйден дружески хлопает меня по плечу. — Еще немного, и будешь летать лучше меня.

Вернон фыркает.

— Сомневаюсь.

Он тут же сглаживает укол, добавляя:

— Ты же бывший ВВС!

Клянусь, я физически ощущаю его внимание.

— И как тебе леталось с Эйденом?

Я делаю вдох и выдох и держу голос ровным.

— Эйден был великолепен.

— Не сомневаюсь. Так, посмотрим… — Вернон театрально постукивает пальцем по подбородку. — Ты попробовала Джорджа и Эйдена. Скайлер тоже сертифицированный инструктор, если захочешь, но, готов поспорить, тебе больше нравятся молодые и симпатичные.

Он смеется собственной неудачной шутке и хлопает Джорджа по спине, будто мы все вместе отлично повеселились.

Я прикусываю щеку и пытаюсь придумать ответ, который отвлечет его от меня.

— Вернон, — резко говорит Джордж тоном, которого я никогда раньше не слышала от него в разговоре с наставником. — Что это, черт возьми, было?

Старик хмыкает.

— Да я шучу. Бет умеет воспринимать юмор.

— Бет — потенциальный член клуба, летная студентка и человек, которому не нужны твои неуместные шутки.

Вернон поднимает руки в притворной капитуляции.

— Понял. Не подкалывать твою даму. Если только у нее с Эйденом не такая же схема, как у вас, — тогда без обид.

По коже бегут мурашки, будто вокруг резко похолодало.

— Такая же схема? — голос Джорджа звенит льдом.

Вернон фыркает, раздражение вытесняет веселье. Видно, он не привык объяснять свои скабрезные намеки.