Дорога к Глен-Мору ведет на южную оконечность острова. Меня охватывает легкое, почти детское возбуждение, словно мы отправились на школьную экскурсию. Джорджия сидит впереди рядом с Финном, который в парадном горском костюме похож на хмурую гору. Темный пиджак туго обтягивает его плечи, а с аккуратно подстриженной бородой он выглядит еще привлекательнее, чем несколько дней назад, когда примерял костюм на кухне.

Вот он, Финн Киннэрд, лорд, потомок многих поколений вождей горных кланов. Властный. Неукротимый.

Я прикусываю щеку изнутри, пытаясь сосредоточиться на главном: нам нужно появиться там и произвести хорошее впечатление. Но, признаться, сделать это непросто.

— Я даже алкоголем успокоиться не могу, — ворчит Финн, сбрасывая скорость.

Я подаюсь вперед и смотрю через лобовое стекло. Перед нами блестит темно-синий «Порше».

— Представление о том, что нас ждет, — говорит Финн и на мгновение оборачивается ко мне. В полумраке салона его лицо состоит из теней и резких линий, а темная борода подчеркивает четкий изгиб сильной челюсти.

— Следи за дорогой, пожалуйста, — бодро говорит Джорджия, словно инструктор по вождению. Уголок его рта дергается, но он послушно отворачивается. Через мгновение мы сворачиваем налево, на заасфальтированную подъездную дорогу.

— Теперь мы на вражеской территории, — бормочет Малкольм. — Смотрите в оба.

Я наклоняюсь вперед, впитывая каждую деталь.

Вдоль дороги растут деревья, подсвеченные снизу. Молодые листья сияют золотом. Через равные промежутки на отполированных флагштоках висят баннеры. На сдержанном темно-синем фоне золотыми буквами выведено: «ГЛЕН-МОР — НОВАТОРСТВО, ВЕРНОЕ ТРАДИЦИЯМ».

Финн тихо цокает языком, пока мы медленно ползем за «Порше». Молодой парень в темном пальто с зализанными назад волосами машет нам, направляя на аккуратно разровненную гравийную стоянку.

Малкольм опускает стекло и приветственно поднимает руку.

— Замерзнешь ты сегодня здесь, Каллум.

Парень узнает Малкольма, подходит вплотную к окну и широко улыбается.

— Меня греют чаевые от богачей. Они платят, чтобы получить хорошее место у входа. — Он прижимает палец к носу. — Только никому не говорите. Глен-Мор платит мне лишь минимальную ставку.

Финн негромко смеется.

— Мы никому не скажем.

— А твоему дяде Малкольму положено особое отношение или мне тоже придется раскошелиться?

Каллум ухмыляется и кивает в сторону места между двумя сверкающими черными «Рейндж-Роверами».

— Ставь туда.

Когда мы выходим, мой живот сводит от волнения. Финн обходит «Ленд-Ровер» и открывает дверь с моей стороны. Малкольм проворно выпрыгивает наружу, несмотря на возраст. Затем Финн протягивает мне руку — предлагает, а не приказывает, — и я принимаю ее.

Его ладонь теплая, шершавая и надежная. Он помогает мне спуститься с высокого сиденья, а вторая рука на мгновение ложится на мою талию, поддерживая на гравии. Его прикосновение обжигает даже сквозь платье.

— Все хорошо? — тихо спрашивает он, так, чтобы слышала только я.

Я киваю, не доверяя собственному голосу. Его рука еще мгновение остается у меня на талии. Затем Финн отпускает меня и отступает, а мне приходится бороться с желанием притянуть его обратно.

Впереди, в сумерках, сияет стеклянный куб туристического центра. Он похож на оживший архитектурный макет. Впрочем, именно им он и является. Из-за прозрачных стен льется медный свет, и перегонные кубы блестят, словно огромные скульптуры.

У входа стоят двое сотрудников с планшетами в руках и безупречными, отрепетированными улыбками.

— Добро пожаловать в Глен-Мор, — звонко произносит один из них. — Покажите, пожалуйста, удостоверение личности.

Финн замирает на пороге, и его массивная фигура отбрасывает огромную тень на светлую дорожку. Я шарю в сумочке, пытаясь найти кошелек.

— Какое именно удостоверение? — хмурится Финн.

— У вас есть приглашение? — спрашивает второй, явно засомневавшись. Финн смотрит на него сверху вниз со всей высоты своих ста девяноста шести сантиметров. Темные глаза прищурены под густыми бровями.

— Приглашение? — Он указывает на свой парадный костюм в клетку. — По-вашему, я нарядился так просто ради удовольствия?

В ярком свете у входа я наконец могу как следует рассмотреть его горский наряд. Парадный пиджак сидит так, словно сшит специально для него. Впрочем, скорее всего, так и есть. Килт идеально облегает талию, складки ложатся безупречно. В гольфе спрятан скин-ду, серебряная рукоять поблескивает на фоне темной ткани.

Он словно явился из другого века. Будто способен повести людей в атаку или захватить замок голыми руками.

Я заглядываю ему за плечо, внутрь. Все остальные мужчины вокруг — в слишком коротких килтах или дорогих костюмах и начищенных туфлях — выглядят так, будто нарядились для маскарада.

А Финн словно родился в этом костюме.

Во рту пересыхает.

— А, вот и вы, — раздается знакомый голос. — В чем проблема?