Если быть совершенно честным, как Эйден постоянно советует, я понятия не имею, как завоевать женщину. Я никогда не пытался. Вообще никогда. Мне всегда казалось, будет слишком больно даже признать, что я хочу чего-то, чего могу не получить. Что это будет ощущаться точь-в-точь как в детстве – когда я пытался привлечь внимание людей самыми худшими способами и каждый раз терпел неудачу. Я скорее умру, чем снова почувствую себя так.

Я хмурюсь. Поправка.Я скорее умру, чем останусь без Кэти.

Медленно набираю в строке поиска: брачные ритуалы животных. Я все-таки человек науки. Животные тысячелетиями завоевывают партнеров парой листьев и свежей добычей. Не может же это быть настолько сложно, правда?



— Я все делал неправильно.

Уайт мычит в телефон и закидывает в отвратительного вида смузи еще одну ложку арахисовой пасты.

— Ты вообще меня слушаешь? Тут написано, что самцы пингвинов дарят самкам камни для гнезда. Если ей нравится камень, она спаривается с ним. Но если другой самец подарит ей хороший камень, она спарится и с ним.

— И? — он насыпает в смузи какой-то зеленый порошок.

— Я позволил Сету дарить ей камни. И Райану. И тому парню в баре, — я наклоняюсь вперед, ближе к экрану. — А сам ни одного камня ей не подарил, Уайт.

— Это метафора? — он морщит нос. — Тристан, у меня девять утра, и клянусь, если камни – это замена слову «член», я измельчу телефон в блендере вместе с этой капустой.

— Нет, — я запускаю руку в волосы. — Я так отстал. Я никогда этого не делал. Откуда мне знать, чего она хочет?

Уайт пожимает плечами.

— Ты ее лучший друг.

— И что? — я уже почти кричу, отталкиваюсь от табурета и начинаю ходить по комнате. Дружба ничего не значит. — Мне нужно, чтобы она увидела во мне мужчину. Мне нужно подарить ей камни.

Уайт смотрит на меня так, будто у меня четыре головы.

— Что? Думаешь, идея плохая?

— Если допустить, что я принимаю эту метафору, думаю, тебе нужны камни специально для Кэти. Такие, от которых она что-нибудь почувствует. Камни, которые что-то значат.

— Камни, от которых она заплачет, — я хватаю список и начинаю дописывать. Думаю о том, что Эйден сказал на днях: показывать Кэти части себя. В голове зарождается идея и заставляет ручку двигаться по бумаге быстрее.

— Эм, да. Камни, от которых она заплачет.

— Именно это она любит. Она хочет поступить в колледж, но не признается, и обожает документалки о людях, которые делают невозможное, и у нее целая куча мечт, которые она отложила и так и не осуществила. Спорим, я смогу заставить ее захотеть плакать.

Я победно улыбаюсь.

Уайт щурится на меня.

— Что?

— Я не думаю, что ты годишься на роль главы компании.

— Заткнись.

Он смеется.

— Тристан, на твоем месте я бы устроил ей лучший секс в ее жизни и приготовил завтрак. Но твой вариант тоже звучит неплохо.



Через два часа я натягиваю спортивные штаны и беру лонгслив с длинным рукавом, потом улыбаюсь себе и бросаю ее обратно на кровать. В животном мире самцы демонстрируют оперение, чтобы привлечь партнершу. Перьев у меня нет, зато вчера, пока мы смотрели телевизор, взгляд Кэти постоянно опускался на мое тело.

Ей нравится мое тело.

Ей очень нравится то, что мое тело может для нее делать.

Она хотела большего, и именно поэтому я ей этого не дал. Никогда не пытайся силой взять то, что можешь получить хитростью.

Я критически осматриваю штаны. Надо было принять душ. Или, может, не надо. Может, моя прическа «только что после траха» напомнит ей, что она хотела бы, чтобы только что трахнули ее.

Я провожу ладонью по лицу.

Вот это сложная часть.

Та часть, где мне так сильно хочется все ей рассказать, что вчера во время поцелуя я едва не выпалил правду. Та часть, где нельзя все испортить, иначе она сбежит.

Я цепляюсь большими пальцами за пояс штанов и чуть спускаю их, открывая еще немного живота. Думаю, это ей тоже понравилось. Вчера она не могла перестать его трогать.

Я ловлю свое отражение в зеркале и фыркаю от смеха. В рассветном свете я выгляжу ненормальным – глаза дикие, волосы торчат, штаны сидят так низко, будто я вот-вот сорву их и наброшусь на нее.

Я фотографирую себя в зеркале и отправляю Уайту.

Тристан: Думаешь, женщинам такое нравится?

Уайт: Чуть ниже, Трис. Не думаю, что она разглядит твой член.

Я снова смеюсь, сбегаю вниз и выхожу в туманное утро. Не надевать футболку, возможно, было ошибкой. От прохладного воздуха кожа покрывается мурашками, пока ноги шлепают по дорожке: сначала она ведет к кухне кейтеринга, потом к дому Кэти. Я успею на нашу тренировку раньше нее и принесу кофе к тому моменту, когда она откроет дверь.

Я не знаю, смогу ли сделать ее счастливой, но точно знаю, что смогу о ней заботиться.

И знаю, что мы совместимы.

Да черт, мы больше чем совместимы.

Я никогда не чувствовал такого ни с одной женщиной – такой связи, такой острой необходимости, будто если я не окажусь внутри нее прямо сейчас, она умрет, а если мой рот не будет на ней, я перестану дышать.