Ее веки тяжелеют, и я провожу языком по клитору. Любой, кто не любит вылизывать женщину, чертовски ненормален, потому что я мог бы жить этим. Я крепко держу ее за бедра и лижу, чувствуя соль, жар и Кэти. Я замечаю каждую судорогу мышц под ее кожей и каждый звук из ее рта, смакуя ее. Это не аккуратно и не красиво. Это грязно и восхитительно. Мой язык внутри нее, ее влага на моем подбородке, ее руки в моих волосах, сжимающие так сильно, что больно, ее бедра, двигающиеся мне навстречу.

Она издает звуки, и краем сознания я понимаю, что тоже. Мы звучим дико. Я не ожидал этого. Она отпускает контроль ради меня. Эта женщина, которая держит себя на таком коротком поводке, позволяет себе развалиться на части ради меня, и я чувствую себя королем мира.

Она кончает быстро, сжимая язык, который я загнал внутрь нее, задыхаясь и выгибаясь. Я облизываю губы, поднимаясь, и гордость с потребностью захлестывают меня одновременно.

— Наверх, — требует она.

ГЛАВА 57Кэти

Мы взлетаем по лестнице, по пути избавляясь от оставшейся одежды. Я смеюсь, когда Тристан врезается в стену, стягивая шорты. Он ухмыляется, когда я чуть не спотыкаюсь в попытке открыть дверь его спальни раньше него.

И вот мы уже в его спальне – восхитительно хаотичной и настолько тристановской, что у меня на мгновение колет в груди. На прикроватной тумбочке лежат стопки бумаг, кровать огромная, с белым бельем, а рядом с ней столько книг, что я уверена: он читает здесь.

Когда я целую его, в этом уже меньше лихорадочности. Внизу мы немного сбили остроту желания, а здесь, в его спальне, на меня обрушивается вся значимость момента. Это не секс на лодке и не секс у стены. Это секс в спальне Тристана. В его взгляде мелькает тень уязвимости, и я снова его целую. На его языке я чувствую собственный вкус, и это не странно и не противно – наоборот, кажется подтверждением чего-то между нами.

Я веду ладонями вверх по его животу, по груди, затем вниз по рукам, и он вздыхает и дрожит под моими прикосновениями. Наклоняет голову, позволяя мне покрывать поцелуями его горло, всасывать кожу над пульсом, прикусывать ключицы. Желание головокружительно поднимается внутри. Пальцы впиваются в его плечи. Легкие укусы становятся сильнее, заставляя его стонать.

Я хочу оставить на нем свои следы. Хочу заявить на него права.

Когда он толкает меня на кровать, я изворачиваюсь, чтобы оказаться сверху. Ладони ложатся на мощные мышцы его груди. Он смотрит на меня из-под тяжелых век, и от того, как его взгляд блуждает по моему телу, будто он не знает, куда смотреть в первую очередь, я чувствую себя невероятно сексуальной.

— Кэти, — выдыхает он.

Я наклоняюсь, он подается мне навстречу, и наши губы встречаются. Языки скользят друг по другу, дыхание смешивается, а поцелуй становится все жарче, пока я не начинаю тереться о его эрекцию. Он сжимает мои бедра, пока я его целую, и вот я уже влажно скольжу по его члену, а он тяжело дышит мне в шею.

— Идеально, — хрипло произносит он, сжимая пальцами мой сосок, и я выгибаюсь.

— Идеально?

— Ага, — он всасывает кожу на моей шее, дыша коротко и часто. — Все, о чем я фантазировал, сбывается.

Я не могу сдержать смех, откидываюсь назад и прижимаю его к кровати. Он сопротивляется моей руке, пытаясь снова дотянуться до меня, но затем со вздохом позволяет уложить себя на матрас.

— О чем ты фантазировал?

Он закидывает руку за голову так, что бицепс напрягается.

— Помнишь, тем утром ты повалила меня на траву?

Жар ползет по лицу и растекается вниз по груди.

— Да.

Он самодовольно ухмыляется.

— Я представлял, как ты будешь тереться об меня и брать то, что тебе нужно, и тебе будет плевать, кончу я или нет.

Желание резко вспыхивает внутри.

Я шумно вдыхаю, подаюсь вперед и прижимаю его запястья к кровати. Он охотно позволяет мне завести его руки за голову. Скулы у него залиты румянцем, и я с удовольствием любуюсь результатом своих трудов. Грудь тяжело вздымается, перекатываются мощные мышцы. Его взгляд мечется от моей груди к лицу, и он выглядит так, будто умрет, если не узнает, что я собираюсь делать дальше.

— То есть в этой фантазии…

Он сглатывает и кивает, веки тяжелеют.

— Я просто… беру от тебя то, что мне нужно. И тебе это нравится? — я сильнее сжимаю бедрами его талию, и он кивает. — И мне должно быть все равно, кончишь ты или нет?

— Мне все равно, — хрипло отвечает он. — Я просто хочу тебя. Как угодно, лишь бы ты была у меня, — он улыбается ярко, ослепительно. — Но если реалистично, то, когда ты трахаешь меня сверху вот так, меня хватит минуты на четыре.

Я хихикаю, проводя пальцами вверх по его члену. Он тяжелый и твердый, лежит на животе, слегка изогнутый, пульсирует под моей ладонью и влажный от нашего трения. Я размазываю влагу, которую нахожу на головке. В таком положении я чувствую себя сильной.

— Уже, Тристан? Ты весь течешь из-за меня, — я не могу удержаться от того, чтобы его поддразнить.

Он стонет, когда мои пальцы обхватывают его член.