— Почему ты не занималась этим раньше? До стажировки, я имею в виду.

Ада тяжело вздохнула, когда мы остановились у входа в ее дом. Она принялась копаться в сумочке. Я шагнул ближе, придерживая ремешки, пока она шарила внутри. Раздался звон ключей.

У дверей дежурил швейцар.

— Добрый вечер, мисс Хэтуэй.

Она широко улыбнулась ему.

— Добрый вечер, Дэйв. Как смена?

— Отлично. А у вас, мисс?

Ада кивнула ему и снова вцепилась мне в руку. Я засомневался. Технически в моей помощи она больше не нуждалась. Но правила хорошего тона требовали проводить ее до самой квартиры, до самой двери. Судя по всему, именно этого она от меня и ждала.

Логика и эмоции схлестнулись во мне в яростной борьбе. И мне было больно видеть, как первая – мой верный соратник во всех делах – проигрывает.

Мы вошли в теплое лобби и направились к лифтам.

— Какой этаж?

— Двадцать третий, — ответила она, и я нажал кнопку.

Двери закрылись, и мы остались вдвоем в тесном замкнутом пространстве. Здесь вдруг стало слишком жарко и душно.

Ада прислонилась спиной к темным деревянным панелям лифта и посмотрела на меня из-под длинных ресниц.

— Ты спрашивал, почему я… почему я просто плыла по течению до этой стажировки.

Я осторожно кивнул. «Плыла по течению» – звучало слишком мягко по сравнению с тем, что писали в таблоидах и что говорил о ее поведении сам Артур. Девушка, о которой тогда шептались на благотворительных вечерах и ужинах, ни капли не походила на ту сильную, полную решимости женщину, что стояла передо мной сейчас.

— Он умер прямо перед моим выпуском, — тихо произнесла она. — Всего за семь месяцев. И я ушла в учебу с головой, как никогда раньше. Йель стал для меня воздухом, смыслом жизни. Порой я ночевала прямо в библиотеке, потому что написание эссе и зубрежка фактов были единственным способом не давать мозгам возвращаться к тому, от чего я так отчаянно бежала.

— Но потом наступил выпускной, — пробормотал я.

— Да. И земля разверзлась у меня под ногами, и я полетела вниз.

Двери лифта открылись, и я взял ее под руку – уже почти по привычке, – когда ее слегка повело в сторону.

— Номер шестнадцать, — сказал она. — Это мой.

Я молча стоял у нее за спиной, пока она пыталась попасть ключом в замочную скважину. Внезапно воздух между нами стал густым и горячим, и я знал, что любое неосторожное слово могло все разрушить.

— Ой.

Ключ выскользнул у нее из пальцев. Я наклонился, поднял его и легко попал в скважину. Дверь распахнулась.

Она вошла внутрь, я последовал за ней, нерешительно застыв у порога. Просторная гостиная с панорамными окнами от пола до потолка открывала ровно такой же вид, какой был у меня из собственной квартиры.

Она стянула черное пальто и бросила его на спинку большого синего дивана. Серебристое платье облегало каждый изгиб ее тела.

— Спасибо за этот вечер.

— Всегда пожалуйста. Рад побыть твоим вымышленным спасителем от Трипа в любой момент, когда потребуется.

Ада издала хриплый смешок, ее глаза потеплели.

— У тебя отлично получается быть нянькой для девушек навеселе.

— У меня большая практика.

— Я заработала право поспать завтра подольше?

Я против воли рассмеялся.

— Попытка засчитана. Но нет.

— Черт. Ну, попытаться стоило.

Завтра все это забудется, и она больше не станет смотреть на меня так – словно я ее друг или доверенное лицо. Словно я один из самых дорогих ей людей.

— Ты далеко живешь?

Я прокашлялся.

— Нет. Вообще-то, прямо здесь, на соседней улице.

— Хорошо. Не хотелось бы, чтобы тебе пришлось идти домой одному в темноте и навеселе.

Я улыбнулся.

— И что бы ты делала, если бы я жил далеко?

Ада подошла ближе, остановившись всего в шаге от меня.

— Тогда бы мне пришлось проводить тебя, — серьезно ответила она. — А потом ты не смог бы бросить меня одну и пошел бы провожать меня обратно. Получилась бы бесконечная петля, и мы застряли бы в пространственно-временном континууме, пока не умерли бы с голоду.

— Смерть от рыцарства.

— Именно так, — заявила она.

— Ты ненормальная.

Она пожала плечами.

— Тебе нравится.

И это было правдой. Мне не хотелось уходить, несмотря на то, что я абсолютно точно должен был это сделать. Мало того, что завтра рабочий день, так она еще и пьяна. К тому же моя стажерка. И дочь Артура. И самый интересный человек из всех, кого я когда-либо встречал.

— Я пойду. Спасибо за этот вечер.

Она кивнула, провожая меня взглядом, пока я направился к лифту. Ада не закрыла входную дверь даже тогда, когда я нажал кнопку вызова лифта, и все это время мы не сводили друг с друга глаз.

У меня кружилась голова, и вряд ли дело было в вине.

— Грант?

Я прочистил горло.

— Мм?

— Помнишь ту темноту, о которой я говорила раньше?

Я кивнул.