— Ну, теперь это раскрыто, — доброжелательно говорит женщина. — И теперь он может найти кого-то другого. Не волнуйся.

Я чувствую, будто мне разрезали живот.

— Найти кого-то другого?

Она кивает, ее брови сходятся в беспокойстве.

— Они говорят, что сегодняшняя вечеринка именно для этого.

Боль от этого разреза начинает распространяться.

— Я принесу тебе воды, — говорит она, прежде чем поворачивается к официанту.

Я даже не могу думать о воде.

Это случилось снова.

Мой взгляд скользит по сочувствующим лицам вокруг нас. Они думают, что Эйден делает то же, что и Харрисон. Он бы никогда не выбрал меня. Конечно. Я почти задыхаюсь от воздуха. Мне нужно поговорить с Эйденом. Я снова встаю на цыпочки, сканируя толпу, шепот окружающих давит на мою кожу, как хватающие пальцы.

Где он?

Вон и он. Выглядит, как настоящий Наследник, в своем смокинге, волосы убраны со лба. Разговаривает с брюнеткой в цветочном платье.

Я должна добраться до него. Возможно, он еще не знает. Он не выглядел бы таким беззаботным, если бы знал. Я делаю быстрый шаг вперед, толпа расступается передо мной, или, возможно, отступает от меня.

А затем она кладет руку на его руку, и он запрокидывает голову и смеется.

Клянусь, я слышу этот смех через весь бальный зал. Какой-то трюк архитектуры доносит до меня его бархатную текстуру. Звук, который он издает только для меня, он издает для нее. Она ухмыляется, и я узнаю ее.

Эми.

Я останавливаюсь на полпути, сердце колотится.

Я не могу этого сделать. Меня сейчас вырвет. Моя голова поворачивается в поисках выхода. Мне нужна минута. Минута наедине, чтобы собраться, чтобы восстановить броню, чтобы не заплакать.

Мое дыхание сбивается. Мне просто нужно... вот.

— Извините, — вежливо говорю я сквозь рев в ушах. Гости расступаются, и я исчезаю в коридоре, где встретила Эйдена в ту первую ночь. Я едва вижу картины и двери по обе стороны, руки дрожат, ноги трясутся. Когда я достаточно далеко и близка к тому, чтобы упасть, я пробую дверную ручку. Она открывается, слава богу, и я захлопываю за собой дверь.

ГЛАВА 62Эмори

ГЛАВА 62Эмори

Это кабинет. Я падаю в кресло и прижимаю ладони к глазам. Вдыхаю воздух, молясь, чтобы удержать шампанское, умоляя тело успокоиться.

Я не могу развалиться на глазах у них.

Я должна вернуться туда.

Эйден все объяснит. Я не могу оставить его там, чтобы он произносил речь в одиночестве и танцевал тот танец, который мы репетировали, один. Нет, не один. Эми сделала бы это с ним.

Я вылетаю из кресла, мои эмоции слишком велики для моего тела, для платья, для этой комнаты.

Мне нужно мыслить логически. Как слух распространился? Эйден рассказал людям? Нет, он бы никогда. Я доверяю Эйдену. Я доверяю ему больше, чем себе.

Я медленно хожу по комнате, заставляя себя дышать ровно. Я делаю второй круг, когда замечаю бумаги на столе и начинаю дрожать.

Соглашение о раздельном проживании и разводе.

В прошлый раз я видела их нетронутыми в его библиотеке дома. Он принес их сюда. Моя рука дрожит, когда я переворачиваю на последнюю страницу.

Зачем он принес их сюда?

Я зажимаю рот рукой, чтобы остановить сломанный звук, который вырывается, когда я вижу последнюю страницу. Там его размашистый почерк.

Он принес их сюда, чтобы подписать.

Конечно. Я опускаюсь в кресло у стола, закрывая глаза от боли. За веками – наш первый разговор в этой комнате.

Никаких ожиданий.

Ты бы не хотела любви, правда?

Видела ли я то, чего не было? Я уже делала это раньше. С Харрисоном я думала, что он любит меня. С Эйденом я даже не задавалась вопросом, любит ли он. Я просто предположила.

Я дура.

Я показала ему все свои уязвимые места, хотя знаю, что не должна опускать стены. Я вспоминаю вещи, которые рассказала ему в ту ночь в библиотеке, и мне становится стыдно. Я уродливо плакала. Рассказала ему о своем самом унизительном моменте. Подтвердила, что я не материал для жены. Призналась, какая я слабая.

Но сегодня вечером? Платье?

Я издаю тяжелый выдох. Его слова на лодке обретают совершенно новый смысл.

Всю оставшуюся жизнь я буду желать, чтобы это была ты.

Желать, чтобы это была я. Он не сказал, что это буду я.

Он прощался.

Слеза падает на бумагу передо мной, и я вытираю глаза.

Эйден – хороший человек, и теперь я вижу его поступки в новом свете. Танец на лодке, нежный секс после, платье сегодня вечером, чтобы я вписалась. Он поддерживал меня до самого конца.

Конечно, он поддерживал. Он лучший мужчина, которого я знаю. Мне повезло быть замужем за ним в те месяцы, что у нас были.

Еще одна слеза падает на бумагу, и я с раздраженным звуком вытираю ее. Я не должна плакать. Эйден не давал обещаний, которых не сдержал. Он сказал, что заставит их принять меня, и платье – его версия этого. Он достал мне землю. Он был добрее, чем я когда-либо имела право ожидать.