— Невероятно впечатляет. Ты впечатляешь, — он целует то место, где был его палец, и мои глаза теплеют.

— Но это не так, — шепчу я. — Все знают. Они говорили об этом за моей спиной, — я закрываю глаза от тепла его взгляда. — Я могу перечислить, о чем они говорили, — я издаю маленький звук, похожий на смех и на всхлип. Когда я снова смотрю на Эйдена, его глаза мягкие от беспокойства. Его тихая поддержка заставляет меня судорожно вдохнуть.

— Харрисон искал жену, пока мы были вместе. Не меня. Я была слишком и недостаточной. Слишком прямолинейная, слишком бедная, слишком высокая, слишком пышная. Мои наряды никогда не были подходящими, и я всегда делала не то замечание за ужином, и я позволяла своей настоящей личности проявляться вместо той фальшивой, которую принимали все остальные. У нас не было общей истории, а у них всех была. Те же школы, те же друзья, те же интересы. Но хуже всего было то, что каждый из них знал, что он делает, и никто не сказал мне. Он искал кого-то лучше, и он рассказал всем своим друзьям.

Резкий вдох Эйдена заставляет мой рот кривиться.

— Они были чертовски самодовольны. Им это нравилось. Я встретилась с ним лицом к лицу, и их удовольствие было тем, что переполнило чашу. Он был в ярости. Он сказал мне, что такие парни, как он, не женятся на таких девушках, как я. Что было очевидно, что я просто хотела его денег.

Я зажмуриваюсь, боль пульсирует во мне от воспоминания.

— Я должен поправить эту историю, — говорит Эйден. Он подчеркивает свои слова касанием губ к моим векам, затем к скулам, собирая влагу там. — Ты сказала, что он искал кого-то лучше, — его губы скользят по моей челюсти. — Нет никого лучше.

Я издаю еще один всхлип и вонзаю пальцы в ладонь.

— Я должна была знать, — говорю я с тоской. Его рот касается моего виска. — Я должна была видеть признаки того, что он просто хотел меня для забавы, а не навсегда.

— Он идиот. Его потеря – моя находка, — слова произнесены в мои волосы. — Ты не могла знать, милая. Он плохой человек, а ты нет.

— Я должна была знать, — повторяю я. — И я не должна была реагировать так, как я отреагировала. Это было импульсивно, мы потеряли огромные инвестиции. И это было именно то, чего хотел Харрисон, — я сглатываю. Губы Эйдена все еще касаются моих волос. — Моя реакция была доказательством того, что я не принадлежу их кругу. В их глазах это было обвинением моего характера и подтверждением того, что они были правы. Я перереагировала. Я была вульгарной девушкой, которая устроила сцену и чуть не сожгла дом.

— Храбрая девочка, — шепчет он.

— Не храбрая, — говорю я. — Глупая. Потому что в итоге они ушли, чувствуя себя правыми – Харрисон ошибся, встречаясь с посторонней, потому что посмотрите, что я сделала. Они сомкнули ряды, и никто из них никогда не даст мне забыть об этом.

— Я ненавижу его, — говорит он, голос хриплый. — Я бы сделал все, чтобы избавить тебя от этого, Эмори. Я бы сделал все, чтобы вернуться в прошлое и быть тем мужчиной, который вынес бы тебя оттуда, — его губы под моим ухом, дыхание теплое и влажное. — Он использовал тебя, а ты заслуживаешь гораздо большего.

— Он мне нравился, — шепчу я в ответ. — Но он причинил мне боль, и теперь я боюсь, что никогда не стану целой. Я никогда не смогу никого впустить, потому что в прошлый раз, когда я это сделала, я оказалась недостаточной, — мой голос срывается на последних словах. — Это делает меня слабой?

— Нет, — голос Эйдена – хриплый шепот. — Это делает тебя человеком.

Я издаю дрожащий всхлип, и рот Эйдена на моей скуле останавливает слезы до того, как они успевают скатиться по лицу.

— Перестань быть добрым ко мне, — слабо говорю я.

— Я никогда не перестану быть добрым к тебе.

Я должна ненавидеть это, но сейчас я хочу завернуться в Эйдена и никогда не отпускать.

— Мне это в тебе нравится, — я прижимаюсь головой к его плечу. Его рука обхватывает мою талию. — У нас может быть сегодняшний вечер, Эйден?

— Что ты имеешь в виду? — он отстраняется, чтобы посмотреть на меня.

— Я имею в виду, что я хочу притвориться сегодня вечером, что у нас нет прошлого. Что ничего не стоит между нами. Что на столе нет документов о разводе и людей, ждущих, когда это закончится.

— Конечно, — маленькая улыбка изгибает его рот. Его взгляд уходит за мою голову, улыбка становится загадочной, прежде чем он целует меня в волосы. — Давай начнем прямо сейчас.



«Начать прямо сейчас» оказывается означает спать на лодке. Когда мы прибываем, кейтеринговая служба уже накрыла поздний ужин под огнями, натянутыми между мачтами. Эйден бросает сумку, которую собрал, в каюте и притягивает меня в свои объятия, как только мы оказываемся в бухте.

— Давай уйдем и не вернемся, — говорит он, его щека лежит на моей голове.

— Нас могут начать искать.

— К черту их.

Я смеюсь, хотя половина моего сердца уже за сотню миль отсюда, с Эйденом на этой лодке. Я хочу этого. Я сжимаю пальцы в его пиджаке.