Я люблю его. Я держала этот секрет внутри себя несколько дней, и он грозился вырваться из меня в самые неподходящие моменты – когда он слизывал мороженое с моих пальцев, когда он оглядывался на меня за рулем лодки, когда он смеялся над моим победным танцем после того, как я правильно решила кроссворд с первого раза.

Я ждала подходящего момента, чтобы сказать ему, когда буду уверена, что он хочет услышать эти слова, когда я буду знать, что могу доверять себе и не захочу забрать их обратно из страха.

Я кладу подарок, который купила ему, в его прикроватную тумбочку и улыбаюсь про себя. Ничего грандиозного. Просто книга по дрессировке и поведению собак. Он поймет шутку. Внутри вложена контактная информация приюта, откуда я взяла Дасти. У них есть помет щенков овчарки, и один из них зарезервирован для Эйдена.

Он уже на вечеринке, хотя она только началась, и он вел себя странно всю неделю. Напевал себе под нос, хотя я никогда не слышала, чтобы он напевал, притягивал меня к танцам на кухне, даже включал бодрую музыку через наружные колонки, когда они с Дасти боролись на газоне.

— Пять-три, — весело сказал он мне, когда запыхавшийся вернулся в дом вчера, а Дасти следовал за ним. — Он прижал меня три раза.

— Он весит семьдесят пять фунтов, — сказала я, улыбаясь в чай.

— Но такой свирепый, — Эйден наклоняется, позволяя Дасти облизать его лицо. — Правда, мальчик?

— Ты портишь мою собаку, — сказала я ему.

Он ухмыльнулся и сказал, что есть и другие вещи, которые он хочет испортить, а затем он удовлетворил меня языком в душе, прежде чем перевернуть и войти в меня.

Я вздрагиваю от воспоминания. Я ожидала более интенсивного секса на этой неделе, но вместо этого он ведет себя так, будто у него есть все время в мире, чтобы узнать мое тело.

Я не знаю, что я буду делать сегодня вечером. Я не знаю, что надеть. Ничто не кажется достаточно хорошим. В шесть вечера я сдалась и написала Кэти и Сиенне. Сиенна ответила семью восклицательными знаками и сообщением, что у нее есть «запасы» и чтобы я не принимала «никаких решений по поводу одежды» до ее прибытия.

Когда они приходят, она несет магнум шампанского, а у Кэти – чехол для одежды. Их макияж сделан, а волосы Сиенны завиты.

— Сюрприз, — говорит она, поднимая бутылку. — Мы подумали, что стоит начать пораньше.

Я ухмыляюсь Кэти, которая бросает на меня взгляд, говорящий, что «начать пораньше» было не ее идеей.

— Ты идешь? — спрашиваю я, когда они следуют за мной в мою спальню.

— Тристан настоял, — говорит она, кривясь. Не в первый раз я задаюсь вопросом, что там происходит.

— Вся работа и никаких игр, — начинает Сиенна.

— Делает меня хорошей в моей работе, — говорит Кэти, но она сдерживает улыбку.

Они, как буря, сказала она мне в ту первую неделю. Ты даже не замечаешь, что стала одной из них, пока это не случается.

Я хочу остаться.

Мысль давит на мою грудь, пока я не выпаливаю ее. Слова выходят невнятно.

— Что? — Сиенна морщит нос, копаясь в моей косметичке.

— Я хочу остаться, — я делаю глубокий вдох. — Что, если я останусь?

Сиенна смотрит на меня, ее глаза медленно расширяются.

— О черт, — говорит она. — Ты влюблена в него?

— Сиенна, — восклицает Кэти. — Мы же говорили, что не будем...

— Тсс, — шипит Сиенна.

Радость подступает к горлу, заставляя мои внутренности чувствовать себя шипучими, как холодное шампанское, которое Сиенна передала мне.

— Вы говорили обо мне?

— Очевидно, — Сиенна закатывает глаза. — Кэти заставила меня пообещать не давить на тебя, но, конечно, мы хотим, чтобы ты осталась.

— Ты любишь его? — спрашивает Кэти. Ее глаза блестят.

— Я... — я кусаю губу. Я не хочу, чтобы мой первый раз, когда я произношу это вслух, был при них, поэтому я просто киваю, улыбка готова расплыться по моему лицу.

Сиенна визжит и обнимает меня. Кэти обхватывает рукой мои плечи.

— Я всегда хотела сестру, — говорит Сиенна, возвращаясь к рытью в моей косметичке. — Обещай мне, что иногда будешь принимать мою сторону.

Кэти фыркает от смеха.

Я моргаю на нее. Ее выражение лица свирепое.

— Я... да, конечно?

— Отлично. Рада, что мы это выяснили, — она оглядывает мое лицо, затем шлепает тюбик туши на стол. — Ты мне доверяешь?

— Эм, нет?

Кэти закрывает лицо руками.

Сиенна ухмыляется.

— Поздно. Ты теперь семья.

Мы делаем глотки холодного, пенистого шампанского прямо из бутылки, и когда мы заканчиваем, Сиенна провозглашает меня более потрясающей, чем когда-либо. Прежде чем я успеваю поблагодарить ее, она выбегает из комнаты, обещая найти меня на танцполе позже. Кэти машет на прощание, кобура под ее платьем мелькает, когда она исчезает в коридоре.

Я расстегиваю молнию на чехле для одежды, который принесла Сиенна, и нахожу там полотна красной ткани. Я не могу сдержать вздох, когда платье наконец на мне. Оно открывает мои плечи и грудь, скользя по верху груди и раздуваясь огромным шлейфом красного атласа. Оно движется так, будто создает свой собственный ветер.