— Войди в меня, — выдыхаю я.

— Так? — его глаза вспыхивают. Его пальцы отодвигают мои трусики, затем он шипит. — Такая мокрая для меня.

Я прижимаюсь головой к двери, ища больше трения с каждым движением бедер.

— Еще, Эйден.

Его руки судорожны, его рот на моей шее, затем он входит, пока я вцепляюсь в его спину и пытаюсь насадиться на него.

— Ты мне нужен, — выдыхаю я.

— Я знаю, красивая девочка. Я знаю, — он держит меня обеими руками и входит полностью.

Я всхлипываю. Он прижимается лбом к двери на одно короткое мгновение, затем его бедра двигаются долгим, перекатывающимся толчком.

Я кричу. Он повторяет.

Я тяну его за волосы, и он трахает меня сильнее.

Решаюсь взглянуть на его лицо. Оно напряжено, рот приоткрыт.

Никаких слов на этот раз. Никаких ласковых прозвищ.

Просто Эйден, пытающийся соединить наши тела.

Во мне тепло, разливающееся по венам. Это травка заставляет меня чувствовать, что я плавлюсь, что не могу держать глаза открытыми. Но это Эйден заставляет меня никогда не хотеть их закрывать.

Эйден, который смотрит на меня так, будто я единственный человек в его мире.

Эйден, чьи губы наконец изгибаются, когда я начинаю дрожать.

Эйден, который прикрывает мой рот ладонью, а тело своим, когда трахает меня у двери.

— Хотел бы я остаться внутри тебя навсегда, Эм, — его слова низкие и грубые. Я кусаю его руку в ответ, и он, кажется, знает, что мне это нужно. Я не могу это контролировать.

Оргазм прокатывается сквозь меня, выгибая спину, заставляя ноги дрожать, сжиматься вокруг него. Его лицо искажается, когда он кончает. Затем его губы опускаются на мои, дыхание вырывается в мой рот.

— Блять, Эм, — он целует меня открытым ртом в лоб, в челюсть, в ключицу.

Я дрожу. Я запускаю пальцы в его волосы и прижимаю его к себе.

— Я знаю, — говорю я ему.

Он закрывает глаза в муке, голова падает на мою грудь.

— Я не готов отдавать тебя, — хрипло говорит он. Его губы движутся по моей коже.

Мой желудок опасно переворачивается. Мысль о том, чтобы оставить Эйдена, опасно соблазнительна.

— Еще две недели, — шепчу я.

Он поднимает голову. В его взгляде огонь.

— Когда ты уйдешь, я никогда не захочу встречать твоего будущего мужа. Я убью его, Эмори. Ты слышишь?

— Да, — говорю я, голос дрожит. Никто никогда не сможет сравниться с Эйденом. Я не хочу никого другого. Я запускаю пальцы в его волосы, и его веки опускаются.

Двух недель никогда не будет достаточно.

ГЛАВА 53Эйден

ГЛАВА 53Эйден

Три дня спустя мы возвращаемся на закате, мои братья и сестра уже бегут к дому, Уайт несет Сиенну на спине, она делает вид, что пинает его, будто он лошадь. Эмори улыбается, ее лицо покрыто веснушками от дней на солнце. Мы устраивали пикник на траве, занимались с пони, а затем взяли самую быструю лодку и вышли в бухту. То, что мы с Эмори вместе, даже не кажется странным. Она теперь Принц, как я сказал ей на днях.

Я вижу, каквсе пытаются удержать ее, так же, как и я. Сиенна взяла ее на «девичью» прогулку, чтобы остудить их пони, и я слышал много хихиканья, когда они уезжали. Тристан продолжает пытаться переманить ее к нам, делая все более высокие предложения о работе. Это становится смешным. Скоро ее предлагаемая зарплата обгонит мою. А Уайт, который всегда непредсказуем, принес ей утром огромную выпечку и сказал ей что-то, от чего она бросилась ему на шею. Я сердито посмотрел на него за это, потому что это были объятия покрепче, чем те, что когда-либо доставались мне.

Дасти бежит рядом со мной, иногда возвращаясь, чтобы проверить, что Эмори позади, иногда бредя в траву, чтобы исследовать что-то. Я останавливаюсь, чтобы убедиться, что он не ест ничего странного.

— Эйден.

Я поворачиваюсь и вижу свою жену с туманной улыбкой. Ее волосы распущены, нос обгорел, а глаза, кажется, блестят в розовом свете заката.

— Я хочу тебе кое-что показать, — она наклоняет голову и сворачивает с тропы.

Дасти следует за ней, затем я, с руками в карманах и улыбкой на лице, потому что я не могу перестать улыбаться рядом с ней.

Когда мы подходим к садовой стене, я моргаю, глядя на нее.

Она вошла в сад. Точно. Как-то между нашей ссорой, штормом и перемирием я забыл.

Ее рука на ручке до того, как я успеваю возразить.

Я не уверен, что хочу входить сюда. Сад немного пугает меня – это единственное место на территории, где я никогда не был. Единственное место, которое слишком дикое, чтобы один из нас мог его контролировать, живое и со своим характером.

Как моя жена.

Дрожь пробегает по мне, когда она оглядывается на меня через плечо. Эта часть территории дикая, пахнет цветами и землей. Июльская ночь сегодня ленивая и густая, тяжелая от ночных насекомых и птиц, отправляющихся ко сну.