— Я никогда не мог отвести от нее глаз, — рокочет голос Эйдена под щекой.

— Мы скрывали чувства от родителей по вполне понятным причинам, — добавляю я.

— Еще в прошлом месяце вы едва не вцепились друг другу в глотки прямо в зале суда, — напоминает Ава.

М-да, черт. Было дело.

— Это у нее фетиш такой, — лениво цедит Эйден.

Что за бред? Впервые в жизни решил соврать – и сморозил именно это? Я до боли впиваюсь ногтями в его руку. Эйден приобнимает меня за талию и крепко сжимает, посылая недвусмысленное предупреждение.

— У нас обоих, — поправляю я. — Все из-за вечных стычек. Мы столько лет препирались, что теперь его по-другому и не возбудишь. Чтобы моторчик заработал, обязательно нужна взаимная неприязнь.

Казалось бы, хуже уже быть не может, но Эйден замирает как вкопанный, даря мне дикое, совершенно неуместное желание расхохотаться.

Во взгляде Авы появляется расчетливый интерес.

— Значит, никаких больше судебных исков? Раз уж у вас такая безумная любовь?

Добродетельный мэр заметно оживляется.

— И никаких больше отработок с уборкой мусора по выходным из-за ваших выходок. Никаких разборок в мэрии из-за разрешений на строительство.

Они обмениваются многозначительными взглядами, и Ава кивает.

— Ладно, — она предостерегающе указывает на нас пальцем. — Но если узнаю, что все это глупый розыгрыш, вам несдобровать. Я ведь отлично помню несколько уголовных дел против твоих братьев, Эмори, которые столь великодушно закрыла, — ее голос звучит тихо и угрожающе. — Что же до тебя, Эйден... Если выяснится, что попусту тратишь мое время, я перекрою тебе любую возможность гнать виски. Устрою персональный сухой закон, — она пристально оглядывает каждого из нас. — Вы меня услышали?

Дрожь пробирает с головы до ног.

— Разумеется, — невозмутимо отзывается Эйден, пока я стою как вкопанная. — Вам абсолютно не о чем беспокоиться. Мы безумно любим друг друга, — он одаривает меня ласковой улыбкой, не касающейся глаз.

— Вот и отлично. А теперь возьмитесь за руки, голубки.

Мы поворачиваемся друг к другу, и Эйден берет меня за руки – жест выходит едва ли не угрожающим. Ладони полностью тонут в его руках: длинные пальцы, рельефные вены, дорогие часы на запястье. А еще примечательные мозоли – сразу видно, что знает цену настоящему труду, а не просто предается праздным увлечениям золотой молодежи.

Ава зачитывает брачные обеты. На словах «да, согласна» внутри все обрывается. Эйден держится спокойно, будто происходящее его совершенно не трогает, но хватка заметно крепнет, едва он начинает говорить.

Я прекрасно знаю, что будет дальше.

Поцелуй.

И ненавижу себя за то, что безумно этого хочу. Виной тому глупое подростковое любопытство, упрямо перекочевавшее во взрослую жизнь. Пока двоюродные сестрички грезили о поцелуях с прекрасным принцем на белом коне, моя фантазия была предельно конкретной: один-единственный поцелуй с Эйденом Принцем – и все мечты осуществятся.

Ава объявляет, что мы можем скрепить союз поцелуем, и лицо Эйдена оказывается совсем близко. Я ненавижу себя за то, что веки предательски подрагивают. Ненавижу, что все существо отчаянно этого жаждет.

Скорей бы все закончилось.

Оно и к лучшему. Я поцелую его – и больше никогда не вспомню.

В глазах Эйдена вспыхивает какое-то неведомое чувство. Он поднимает руку, ласково очерчивая пальцами мою щеку. Дыхание легко щекочет губы. Вот-вот это случится. Все тело напрягается в сладостном предвкушении.

Эйден слегка поворачивает мое лицо, и губы накрывают его собственный большой палец. Я чувствую солоноватый вкус кожи и улавливаю мятную свежесть дыхания.

А потом он со всей страстью разыгрывает образцовый сценический поцелуй.

Более виртуозного притворства свет не видывал. Внутри все переворачивается. От ярости. Не от разочарования. Вовсе не от разочарования...

Вот же козел.

ГЛАВА 5Эмори

ГЛАВА 5Эмори

Тишина в машине по дороге обратно – удушающая. Кольцо на моем пальце ощущается так, будто я тащу на руке гирю. Я не могу перестать вертеть этот древний кусок металла. Потускневшее золотое кольцо на руке Эйдена вяло поблескивает на свету каждый раз, когда он поворачивает руль.

Замужем. За. Эйденом. Принцем. Какого черта я наделала?

Он не выглядит паникующим. Я бросаю на него взгляд из-под ресниц, когда он поворачивает голову, чтобы он не заметил, что я смотрю.

Безмятежный. У красавчика-принца запасы спокойствия, которым можно позавидовать. Он всегда таким был, и в темных уголках души я могу признать, что завидую этому. Я смотрела его парусные гонки и матчи по лакроссу в колледже, только когда меня заставляли друзья, заметьте, и когда его команда проигрывала, он становился холоднее и спокойнее. Солдат в ситуации жизни и смерти.

Проходит еще два поворота, прежде чем я понимаю, что Эйден направляется не к моей квартире.

— Это там, позади.