Мы быстро попрощались с Бриджит и Дэвидом, выслушав множество предупреждений об осторожности, о том, чтобы оставаться на связи, о том, чтобы не делать глупостей. Я ничего не обещал, потому что в тот момент мне казалось, что я искушаю судьбу. Джеррольд уже скрылся за деревьями, ушел, как обычно, после того, как заставил меня пообещать, что я скоро приведу Джарвиса в его волшебный паб. И, как и было обещано, мы с Девяткой пошли обратно через палаты в обычный Центральный парк, где у нормальных людей было обычное утро, или уже наступило время обеда? У меня точно так же заныло в животе. Джарвис семенил между нами, совершенно не обращая внимания на то, что мы вот-вот окажемся в еще одной потенциально смертельной ситуации.

— Ты думаешь, Бенни прав? — спросила Девятка через некоторое время. — Насчет Миранды?

— Ну, кто-то убивает Новака, — сказал я. — И мы знаем, что кто-то изготавливает магические предметы для обеих сторон этого конфликта. Независимо от того, Миранда ли это организовала или кто-то другой...

Я пожал плечами.

— Это то, что нам нужно выяснить.

— А если у родословной Уэйтсов есть долги перед рынком?

— Тогда я разберусь с этим, когда это произойдет, — сказал я. — Что самое худшее, что они могут сделать? Потребовать оплаты? Отнять у меня первенца? Заставить меня отрабатывать долг моей матери подметая полы?

— Зная твою удачу, — сказала Девятка, — возможно, все вместе.

— Ты очень обнадеживаешь. Тебе кто-нибудь когда-нибудь говорил об этом?

— Постоянно, — сказала Девятка. — Возможно, они расскажут мне больше, когда я стану Дамой.

Это было сказано насмешливо, но я слышала страх в ее голосе, и не потому, что она не хотела снова менять свое имя. Она не хотела повышения.

Но это сделало бы ее самой могущественной женщиной-магом из Пик и первой пятеркой в Колоде. Я мог понять, почему она нервничала.

Сегодня вечером мы отправимся в таверну «Фрауэнсис» и в Подземный рынок. В поисках ответов на вопросы о том, кто снабжает Сброшенных, убивает Новака и дергает за ниточки по всей Колоде.

 В поисках неприятностей. Снова.

Но сначала я собирался как следует выспаться.

13. РЫНОК

Особенность древнего магического рынка, спрятанного под таверной времен Войны за независимость, заключается в том, что вы не можете просто так зайти туда, как будто пришли в супермаркет за пинтой молока и печеньем.

Есть определенные правила. Цены. Вероятность того, что вас убьют и никто никогда не найдет ваше тело, потому что технически вы больше не в Нью-Йорке, вы находитесь в каком-то кошмарном измерении со свернутым пространством, где время не работает должным образом, а продавцы продают вещи, которых определенно не должно существовать.

В половине десятого мы с Девяткой стояли у таверны «Фрауэнсис», уставившись на желтый фасад, словно у него вдруг могли вырасти зубы. Учитывая то, что я недавно узнал о Гэллоуз–Хилл, жертвенные сделки, Дворы фейри, которые помнили обиды четырехсотлетней давности, появление зубов не было чем-то невероятным.

— Твоя мать была здесь, — тихо сказала Девятка. — Перед тем, как она умерла.

— Я знаю.

— Сара О'Коннор тоже была здесь. Купила ту опасную бритву, которая превращается в лезвие. Край Эре.

— Я тоже это знаю.

— И мы собираемся войти туда и задавать вопросы о поддельных игральных картах, которые, вероятно, указывают на кого-то достаточно могущественного, чтобы убить Пиковую Даму.

— Ты пытаешься отговорить себя от этого? Потому что, если это так, то все работает блестяще.

Рука Девятки потянулась к кинжалам. Не вытаскивая их, а просто проверяя. Это было так же приятно, как наблюдать, как кто-то проверяет свой парашют перед прыжком с самолета. Технически это обнадеживает, но на самом деле пугает.

— Просто хочу убедиться, что мы с тобой на одной странице, — сказала она. — Странице, на которой написано: «Это чудовищно глупо».

— Большинство моих идей в последнее время были чудовищно глупыми, — отметил я. — По крайней мере, это рекомендовано Бенни, а это... на самом деле, это совсем не помогает, не так ли?

— Совсем не помогает.

Джарвис сидел между нами, делая то, что делают собаки, когда смотрят на тебя с полным доверием и абсолютной уверенностью, что ты вот-вот их убьешь. Он настоял на том, чтобы пойти со мной, несмотря на мои протесты, и провел всю поездку на метро в центре города, то радуясь новым запахам, то все больше нервничая по мере приближения к месту назначения.

— Я видел, как она пришла сюда, — сказал он, медленно и неуверенно помахивая хвостом, что означало, что он вспоминает что-то неприятное. — Через зеркала. Когда я был… там, куда ты меня поместил. Я мог наблюдать, но не мог её предупредить. От неё всегда пахло старой магией и тайнами. И страхом. Она каждый раз боялась.

Это задело меня сильнее, чем я ожидал.

— Замечательно, — пробормотал я. — Значит, мы идём по её следам вплоть до того момента, когда кто-то убил её за то, что она здесь узнала. Это очень утешительная мысль. Сразу становится легче.

— Ты всегда можешь вернуться в квартиру, — предложила Девятка, хотя по её тону было понятно, что она знает, что я не вернусь. — Позволь мне разобраться.

— Ни за что. — Я поправил пиджак, проверяя, на месте ли брошь в виде лисы на лацкане. — К тому же, судя по всему, у семьи Уэйтс здесь есть кредит. А это, скорее всего, означает долги. А значит, я единственный, кто может заплатить любую чёртову цену, которую они потребуют.