— О твоей матери. О том, что произошло семь лет назад. — Он посмотрел на Девятку, но его лицо ничего не выражало. — Она не случайно исчезла в пустотном туннеле. Кто-то отправил ее туда. Кто-то, кто знал о пророчествах. О том, что дети от смешанных браков значат для определенных фракций.

— Джокер? — спроси я.

— Возможно. Или кто–то, кто работал с ним, в конце концов, это было семь лет назад. Тогда мы даже не знали о существовании Джокера.

Я замолчал, когда мне в голову пришла одна мысль, и я мысленно выругал себя за то, что не уловил связь раньше.

В Гэллоуз-Хилл каждые семь лет приносились жертвы.

Семь лет назад Королеву Клинков бросили в туннель пустоты.

Это не могло быть простым совпадением.

— Что нам теперь делать? — спросила Девятка.

Джонатан надолго замолчал. Когда он заговорил, его голос изменился. По-прежнему твердый, но менее сердитый. Более усталый.

— Сначала я улажу вашу дипломатическую катастрофу, — сказал он. Гэллоуз-Хилл Я проведу переговоры с Блэквудами. Извинюсь. Предложу им компенсацию. Попытаюсь убедить фейри, что казнить тебя будет не так весело, как наблюдать за тем, как ты продолжаешь проваливать попытки разорвать их сделку.

— Это сработает?

— Может быть. Они позволили тебе сбежать, а это значит, что игра им интереснее наказания, а если они используют принесенных в жертву в качестве призрачных игрушек для жевания, то это не по условиям сделки, и мы можем это использовать, так что, возможно, ты все-таки сделал что-то полезное. — Он посмотрел прямо на меня. — Но ты не вернешься на Гэллоуз-Хилл. Пока нет. Не раньше, чем я улажу это дело и установлю новые условия. Все ясно?

— Но Бриттани умрет...

— И если ты сейчас вернешься, ты тоже умрешь. — Голос Джонатана был резким. — И тогда никто не спасет ее. Ты этого хочешь?

— Конечно, нет.

— Тогда подожди. Предоставь мне заниматься политикой. Сосредоточься на том, что на самом деле расследовала твоя мать. Но на этот раз сделай это, не начиная войну с бессмертными существами. Ты сможешь с этим справиться?

Я хотел пошутить. Что-нибудь саркастическое о том, что я бы сделал все, что в моих силах, или, возможно, нет, или, может быть, если бы кто-нибудь привязал меня к стулу. Но слова не шли с языка. Я слишком устал. Слишком хорошо понимал, как сильно я все это затеял.

— Я постараюсь, — сказал я.

Выражение лица Джонатана смягчилось. Совсем чуть-чуть.

— Ты не сослан, — сказал он. — Пока. Но у тебя испытательный срок. Будешь вести расследование отсюда. Из Нью-Йорка. Используйте доступные ресурсы. Поговори со всеми, кто знал твою мать. Но ты не вернешься на Гэллоуз-Хилл без моего прямого разрешения. Понятно?

— Да.

Он посмотрел на Девятку.

— Не дай ему совершить еще какую-нибудь катастрофическую глупость. Это приказ.

Девятка повернулась к Джонатану, и на мгновение я увидел огонь в ее глазах.

— Это от Туза или от нашего Туза?

— Ты права, — Джонатан слегка сдулся. — Новак должен командовать тобой, но...

Он отвернулся.

— Он умирает, — почти прошептал он. — После драки в Брайант-парке... его съедает коррупция. В лучшем случае у него есть несколько дней. Мы планируем найти ему замену, но...

— Не слишком ли слащаво делать это, пока он еще жив? — Предложил я.

Джонатан улыбнулся.

— Воспринимай это скорее как просьбу, чем приказ, — ответил он. — Это сработает?

— Я сделаю все, что в моих силах, — сказала Девятка.

— Вчера вечером ты был недостаточно хорош.

— При всем уважении, сэр, когда Райдер решает совершить какую-нибудь глупость, я уже поняла, что его мало что может остановить, кроме физического воздействия. Или вы забыли о дуэли?

— Тогда примени физическое воздействие, если это необходимо. — Джонатан направился к двери, затем остановился и обернулся. — Фейри сейчас наблюдают за тобой. Они думают, что ты развлекаешь их. Это и хорошо, и плохо. Хорошо, потому что они не убьют тебя сразу. Плохо, потому что они ожидают представления. И если ты их разочаруешь...

Он не договорил.

В этом не было необходимости.

Дверь за ним закрылась. Звук эхом разнесся по пустому помещению.

Мы с Девяткой на мгновение замерли. Не произнося ни слова. Просто дыша.

— Могло быть и хуже, — наконец сказала Девятка.

— Мы живы, — согласился я. — Хотя они хотят моей смерти. Фейри. Официально. По официальным каналам.

Мы пошли обратно по пустым коридорам. Через гламурный вход. Обратно в Брайант-парк, где обычные люди занимались обычными утренними делами.

Зазвонил мой телефон.

Бриджит.

Я ответил, недоумевая, почему она не воспользовалась моей картой для подключения, но, учитывая, как все складывалось, я мог предположить, что она, вероятно, пыталась и сдалась.

— Райдер, — сказала она, и в ее голосе прозвучала теплота, которой я не ожидал. — Где ты?

— В Брайант-парке. Только что ушел от Джонатана.