Он отвернулся от меня, подошел к окну.

— Завтра вечером во дворце состоится ваша помолвка. Тебе нужно будет присутствовать, веди себя достойно, не вздумай опозорить семью. А теперь иди к себе, ложись спать, завтра будет тяжелый день.

Его голос звучал холодно и отстраненно.

Я поднялась с кресла. Колени дрожали, слезы душили, но я сжала зубы. Молча кивнула и попятилась, хромая, к двери.

В коридоре царил полумрак. Я привалилась лопатками к холодной стене, прикрыла глаза. В голове набатом стучало: «фиктивный брак… один год… десять тысяч золотом… особняк…»

Это был настоящий кошмар.

Я должна прожить под одной крышей с человеком, который меня чуть не убил, который бросил умирать в канаве, в грязи. А теперь будет моим законным мужем, только вот я от такой близости от страха умру!

И самое страшное, мой отец не понял меня, не попытался спрятать или увезти, а согласился на золотые…

Вот тут слезы все-таки хлынули. Зажав рот ладонью, чтобы никто не услышал, я рванула по коридору наверх. Заперла засов, рухнула на кровать прямо в платье и зарылась лицом в подушку.

Год. Всего один год. Так ведь отец сказал?

А если Генерал догадается? Или вдруг он уже обо всем догадался, а это просто попытка отвести подозрения от себя?

Я перевернулась, пуще прежнего зарыдала и не заметила, как уснула.

__________________________________

Дорогие мои!

Пока ждете продолжение, заглядывайте в последнюю интригующую новинку нашего литмоба от Анны Солейн, от которой просто невозможно оторваться:

“Преподша. Случайная жена дракона” (16+)

Бытовой факультет? Даже звучит бредово.

Где я и где все эти… рюшечки, бантики и черт знает что!

Я охотница на нечисть, лучшая в своем деле!

По крайней мере, была ею когда-то.

После ранения все изменилось. Я потеряла магию, у меня остались только шрамы, боль в костях, крохотное пособие и кошка. Я едва свожу концы с концами и не всегда знаю, что буду есть завтра.

Все меняется, когда ректор столичной академии магии делает мне предложение, от которого невозможно отказаться.

Теперь я - декан бытового факультета. И, кажется, должна изображать невесту ректора.

Стоп. А вот об этом мы не договаривались, дракон!

Глава 19

Проснулась я от громкого и настойчивого стука в дверь, и невольно сравнила - точь-в-точь барабанная дробь перед выходом на эшафот.

Разумеется, горничная ввалилась в комнату, даже не дождавшись моего «войдите».

В руках Марта несла поднос с завтраком: пшенная каша, ломтики столичного сыра, хрустящий хлеб. Выглядело всё это великолепие на тарелках красиво, но было совершенно безвкусным.

Я не хотела есть, но стоило представить, как ко мне зайдет мачеха или отец и с недовольным лицом начнут читать нравоучения, все-таки встала.

Жевала машинально, не чувствуя ни аромата, ни вкуса — только грела холодные пальцы о теплый фарфор.

А дальше завертелась предсвадебная кутерьма. Первой ворвалась мачеха, тоже без стука — вежливые манеры, видимо, мне сегодня не полагались.

Ее лицо было каменным, без тени улыбки, она молча кивнула служанке и поспешила ко мне. Следом внесли мое платье.

— Бэтти, хватит хандрить. Надевай! Нам нельзя опоздать.

Я поднялась, с неохотой подошла ближе и обмерла. Платье было... невероятным!

Не ярко белым, от которого слепит глаза, а благородного оттенка слоновой кости — мягкого, теплого, по-настоящему роскошного. Тяжелый шелк ласкал пальцы, а тончайшая золотая вышивка на нем сплеталась в узоры, удивительно похожие на морозные рисунки на зимнем стекле.

Длинные строгие рукава, скромный, но безупречно скроенный лиф и пышная, без лишней помпезности, юбка. Элегантность, сдержанность и сумасшедшие деньги читались в каждой складке, в каждом стежке. Работа истинных мастеров.

— Надевай, — с нажимом повторила мачеха, заметив мою заминку. — Генерал купил и прислал его лично для тебя. Так что даже не думай отказаться или попробовать сбежать.

— Я не сбегу, — пробубнила я. Хоть мачеху я не любила, но отцу и сестре я зла не желала.

— Так, волосы уберем наверх, повыше, и перекроем вуалью, — командовала мачеха, безжалостно скручивая мои локоны и укладывая в сложную прическу. Главная задача была проста — максимально спрятать мою седину. — И добавьте её лицу хоть какого-то живого тона!

Служанки двигались вокруг меня молча и сосредоточенно.

Когда они закончили, я несмело взглянула в зеркало и не узнала себя. Отражение явило миру красивую незнакомку. Я выглядела идеально, как дорогая новая кукла, которую не успели еще достать из обертки.

Но стоило мне попытаться сделать хотя бы шаг, как левая нога подвернулась, каблук поехал по паркету, и вся эта идеальная картинка мгновенно рассыпалась.

Мачеха брезгливо скривила губы. Ни слова не сказав, она круто развернулась, махнула служанкам, и они покинули комнату, оставив меня одну.