Она произвела настоящий фурор среди местных аристократов. Вокруг нее то и дело вились сыновья графов, баронов и богатых купцов.

Сестра смеялась, кокетничала, прикрываясь веером, бросала на мужчин томные взгляды. Ее изумрудное платье выделялось в свете люстр ярким пятном.

Правда, стоило ей попытаться подступиться к главным гостям — принцу и генералу, как удача ей изменила. Драконов обступили такой плотной стеной, что к ним было никак не пробиться.

Десятки девиц из обедневших аристократических родов, молодые вдовы, которым до этого сулили в мужья стариков, буквально распихивали друг друга локтями, надеясь поймать хоть один мужской взгляд. Мамаши девиц стояли чуть поодаль, координируя их спонтанное наступление.

Луиза сунулась было в эту толпу, но напористые соперницы быстро вытолкнули ее обратно. Сестра на секунду скривилась от досады, отступила с разочарованным выражением лица, но тут же нацепила улыбку и вернулась к своему кругу поклонников.

Я с горькой усмешкой наблюдала за этой возней. За этими девушками, которые так ожесточенно сражались за внимание иноземных мужчин, словно те были главным призом в их жизни, совершенно не задумываясь о том, что будет с ними, когда они уедут отсюда и останутся с ними наедине.

Какая ирония, они мечтали о них, а я, единственная, кто действительно имел связь с одним из этих мужчин, сидела в стороне и наблюдала за этим спектаклем, моля, чтобы он меня не заметил.

Вдруг на меня упала тень, заслонив яркий свет. Я вздрогнула и подняла голову.

Рядом стоял молодой мужчина лет тридцати с небольшим. Высокий, но не такой мощный, как Генерал, хотя сходство было.

Каштановые волосы до плеч, открытый лоб, и серые глаза, которые смотрели на меня мягко и добродушно.

Он был одет в темно-синий фрак, сшитый настолько безупречно, что отсутствие кричащей роскоши лишь подчеркивало благородство.

В руке он держал два бокала.

— Ваше благородие… — начал он, потом на секунду запнулся и улыбнулся. — Прошу простить, что нарушаю правила приличия, но меня некому вам представить, все внимание нынче отведено нашим почтенным гостям.

Его голос был приятным, бархатным, без нарочитой важности или высокомерия.

Я невольно улыбнулась в ответ. Мужчина был абсолютно прав, все строгие правила этикета, требовавшие формального представления через общих знакомых, сегодня были забыты. Весь зал завороженно смотрел на драконов, и и никто не обращал внимания на такие мелочи, как этикет.

— Ничего страшного, никто не заметит, — тихо отозвалась я. — В такой суматохе формальности, кажется, отошли на второй план.

Он кивнул и протянул мне один из бокалов:

— Думаю, вам тоже не помешает немного освежиться в этой духоте.

Я взяла бокал, поблагодарив его легким кивком. Напиток оказался приятно прохладным.

Мужчина сделал короткую паузу, внимательно вглядываясь в мое лицо, а затем мягко спросил:

— Можно задать вам один нескромный вопрос?

Я снова улыбнулась, позволяя ему продолжить.

— Почему вы не боретесь за внимание принца? Или генерала? — в его серых глазах читалось искреннее любопытство, и не было ни капли издевки или насмешки. — Многие дамы сегодня, кажется, от них без ума.

Я пожала плечами, переводя взгляд на шумную толпу, осаждавшую чужаков.

— Я не готова уехать в чужую страну, — улыбнулась я. — С чужими правилами, другими обычаями, я предпочла бы остаться жить здесь, где все родное.

Он удивленно поднял бровь, и на его лице отразилось приятное удивление.

— Какой благоразумный подход! —воскликнул он. — Большинство девушек вокруг, кажется, ослеплены титулами и блеском богатства, забывая о том, что им придется оставить все знакомое и привычное и стать женой бывших врагов.

Он замолчал, а затем вежливо указал жестом на пустующий стул рядом со мной:

— Позволите?

Я кивнула. Он присел, поставив свой бокал на маленький столик рядом.

— Я барон Ричард Винтерс, — представился он. — Владею небольшим, но уютным поместьем к северу от столицы. А вы... если не ошибаюсь, дочь барона Рочестера?

— Бэтти Рочестер, — подтвердила я. — Да, я его дочь.

— Слышал о вашем… несчастье, — произнес он очень осторожно, подбирая слова. — Про падение с лошади… Мне очень жаль.

При этом в его голосе не было фальши, к которой я успела привыкнуть.

— Спасибо, — тихо ответила я, расслабляя плечи. — Но самое страшное уже позади.

Мы замолчали, лениво наблюдая за танцующими. Оркестр играл быстрый, веселый танец, пары кружились по залу, смеялись, повсюду звучал смех.

— А вы почему не танцуете? — спросила я, повернувшись к нему.

Он улыбнулся, но в его глазах я заметила грусть.

— Моя невеста умерла три года назад, от лихорадки, с тех пор я практически не танцую. Сегодня приехал скорее из долга, как глава рода. Но, признаться, я всегда больше любил стоять и наблюдать со стороны.