Ирина, сидевшая у левого борта и методично вычищавшая грязь из-под ногтей узким ножом, подняла голову. Ее кошачьи уши нервно дернулись назад.

— Думаешь, хорошая идея, Леша? — с сомнением в голосе протянула кошка. — Лезть в подворотни к тем, кто пять минут назад обещал нам проблемы? Они же спят и видят, как содрать с нас кожу вместе с этой зеленой формой.

— Не прокатимся — не узнаем, — философски отозвался майор. — За три камушка, с учетом того ценника, что мы только что слышали от перекупов, нас, конечно, могут попытаться прикопать в подворотне. Но я сильно сомневаюсь, что они рискнут. Слишком громко будет. Рогатый, конечно, подвалил на шарнирах, борзоты через край, но с другой стороны... Я отчего-то уверен, что такие персонажи в принципе по-другому общаться не умеют. Профессиональная деформация уличной пехоты...

Алексей склонился над планшетом с картой:

— Тем более, в глухую задницу мира мы не поедем. Третий сектор, граница жилой зоны. Прямые улицы, пути отхода есть, дома не выше трех ярусов. Пулеметчикам сверху сектора перекрывать — одно удовольствие. Так что ссаться через край резона нет. Погнали!

Дорога в третий сектор заняла около получаса неспешного марша. По мере удаления от парадных проспектов первого сектора лоск быстро слетал с города. Гранитные плиты сменились неровной брусчаткой, затем — битым кирпичом и плотно укатанным шлаком. Пропали золоченые вывески и чинные дяди в дорогих одеждах.

Это был классический спальный район огромного мегаполиса. Двух- и трехэтажные дома из грубого камня лепились друг к другу без всякого генерального плана. На улицах прогуливался исключительно местные жители. Появление двух тяжелых армейских броневиков вызвало на улицах немой фурор. Прохожие замирали и с любопытством разглядывая броню и замерших за турелями стрелков. Но, с другой стороны, никто не свистел, никто не кидал камни. И тем более не пытался тормознуть машину с ножиком в руках.

Головной Тигр плавно притормозил на перекрестке возле небольшого сквера с невысокими деревьями.

— Приехали, — Лилит сверилась с экраном коммуникатора. — Вывеска совпадает точь-в-точь с указанным названием по карте.

Строение на углу переулка выглядело более чем непрезентабельно. Сильно побитый жизнью двухэтажный коттедж с высокой, слегка просевшей крышей из замшелой черепицы. Стены первого этажа были сложены из серого булыжника, местами покрытого трещинами, окна закрыты глухими деревянными ставнями, обитыми полосами ржавого металла. Над узким крыльцом покачивалась потускневшая табличка с выгравированным свернувшимся драконом, держащим в лапах весы.

У массивной двери, лениво опершись плечом о каменную кладку, скучал еще один рогатый верзила. Этот был постарше того, с тракта: обломанный левый рог, глубокий рубец на руке. Зато на нем был настоящий броник, а в руках он держал вещь, серьезно напоминающую помповый дробовик.

Завидев остановившиеся бронемашины, охранник даже не шелохнулся. Лишь лениво перевел взгляд с колес на Барона, который первым выбрался из кабины. Корнев не стал тратить слова. Он молча сделал три шага к крыльцу, разжал ладонь в перчатке и показал средний сапфир. Синий кристалл полыхнул на солнце глубоким, холодным светом.

Рогатый секьюрити скосил глаза на камень, шумно втянул воздух сквозь широкие ноздри и так же молча, без единого звука, толкнул тяжелую створку внутрь. Широкий жест свободной лапищи недвусмысленно приглашал гостей переступить порог. Девушки скользнули следом за майором, войдя в проем без малейшего колебания. Едва за их спинами захлопнулась тяжелая дверь, отрезая уличный шум, Лилит тихо присвистнула:

— Однако...

Контраст между внешней убогостью дома и внутренним пространством бил по глазам, как светошумовая граната. Снаружи здание казалось тесной развалюхой в три комнаты на этаж. Внутри же открывался огромный, на весь объем здания под крышу выставочный зал.

Пол был устлан тяжелыми, толстыми коврами глубокого бордового цвета, глушившими звук армейских ботинок до мягкого шороха. Вдоль гладких стен тянулись стеклянные витрины с мягкой, исходящей изнутри подсветкой. Ассортимент можно было описать словами Казановы: от патрона до гон…на. Причем как магический, так и технологический.

В самом конце зала, на широком ступенчатом возвышении, стоял огромный полукруглый диван, обитый потертой кожей цвета старого вина. На диване вольготно, поджав под себя одну ногу, сидел хозяин заведения.

Это был старый, необычайно крупный представитель рогатой расы. Его мощные, закрученные назад рога были почти белыми от седины и покрыты тонкой золотой вязью защитных рун. Лицо, напоминавшее дубленую кожу старого седла, пересекали глубокие старческие борозды, но глаза — чистые, без малейшей старческой мути — смотрели на вошедших с предельно расчетливой цепкостью.