— И сразу предупреждаю на берегу. Без девок! Никаких уличных шлюх, никаких шалав из третьего сектора, никаких притонов в номерах! Я на этом дерьме два года назад так обжегся, что до сих пор с местным магистратом сужусь. Заселяетесь своими силами — живете своими силами. Поймаю чужую юбку на территории — штраф в тройном размере и вышвырну на улицу без возврата средств. Уяснили?

— Вообще не вопрос, — спокойно кивнул Корнев.

Дальше произошло то, от чего даже бывалый Леший тихо крякнул. Бородач спокойно развернулся боком, даже не сделав попытки забрать предложенный драгоценный камень себе в карман.

— У вас есть шесть часов, — буркнул он, — Ровно шесть часов, чтобы найти менялу, сдать эту стекляшку по нормальному курсу и принести мне оплату. Если через шесть часов золота на столе не будет — ворота закроются снаружи, а ваши машины отправятся ночевать в переработку металлалома.

Лилит и Корнев переглянулись. В глазах майора мелькнуло понимание. Железная, безупречная схема. Из этого укрепленного комплекса, стиснутого циклопическими внешними стенами, тяжелая техника не денется никуда. Ворота внешнего кольца перекрыты охраной Синдиката, без выездного штампа коменданта ни одна машина наружу не выкатится. Бежать некуда, кинуть хозяина физически невозможно. Мужик ничем не рисковал, проявляя это показное «великодушие».

Рыжая спрятала сапфир в карман и уже открыла рот, собираясь спросить про надежного оценщика, чтобы не нарваться на фальшивомонетчиков в первом же переулке. Но бородач снова сработал на опережение.

— Коммуникатор давай, — требовательно протянул он широкую ладонь.

Лилит моргнула, полезла за пазуху и протянула ему тяжелый металлический брусок коммуникатора, купленный у капитана Вальдо.

Хозяин гостиницы брезгливо скривился, увидев дешевую модель.

— Вальдо, сука плешивая, опять это старье «туристам» спихнул... — пропищал он себе в бороду. Его толстые, похожие на обрубки пальцы с невероятной, ювелирной скоростью пробежались по сенсорной панели экрана. — Вот. Скинул пакет данных. Пять официальных гильдейских оценщиков и четырнадцать лицензированных скупщиков камней в четвертом и первом секторах. Курс у них плюс-минус одинаковый, маржа Синдиката заложена в тариф. Сами выберете, не маленькие уже, чай не дети из приюта.

Он сунул коммуникатор обратно в руки опешившей Лилит, развернулся спиной к колонне и лениво махнул рукой дежурным на стене:

— Открывай третий!

Тяжелые железные створки внутренних ворот с протяжным стоном работающих электромоторов тронулись с места, обнажая широкий мощеный двор, разделенный монолитными стенами на глухие отсеки.

— По машинам, — негромко скомандовал Корнев, глядя на широкую удаляющуюся спину трактирщика.

На то, чтобы разместиться и превратить выделенный угол в полноценный опорный пункт, у отряда ушло меньше часа. Армейская привычка: первым делом окапывайся и налаживай связь, и только потом проверяй, мягкий ли матрас на койке.

Хозяин гостиницы, при всей своей опереточной внешности и визгливом голосе, явно не в первый раз принимал у себя регулярную пехоту. Сектор оказался вылизан идеально. Три массивные казармы из серого камня пахли свежим ремонтом. Никаких клоповников — ровные ряды двухъярусных коек, добротные оружейные пирамиды, отдельные караулки на входах и две вместительные кухни.

Заминка вышла только с крытым парком для техники. Михалыч, старший техник, уже открыл рот, чтобы привычно, трехэтажно обложить матом всю местную архитектуру вместе с ее создателями, но дежурный сотрудник только криво усмехнулся. Он молча просеменил в дальний угол бокса, откинул крышку на стене и потянул на себя массивный рычаг.

В глубине кладки что-то зарычало. Вся правая стена ангара плавно дрогнула и поползла вниз, уходя в пазы пола. Минута — и бокс объединился с соседним точно таким же помещением, увеличив полезную площадь ровно вдвое.

Когда через час на пороге нарисовался сам хозяин, майор Корнев как раз заканчивал проверку караулов. Бородач заложил кулаки за расшитый жилет, придирчиво оглядел выставленные часовые посты, аккуратно зачехленные пулеметы на броне.

— Претензии по постою? — проскрипел он своим нелепым фальцетом, задрав подбородок.

— Все на высшем уровне, почтенный, — ровно ответил Алексей. — Казармы сухие, замки надежные, боксы подогнаны идеально. Своих денег это место определенно стоит.

Гном делано хмыкнул в бороду, пытаясь изобразить равнодушие, но кончики его широких бровей заметно дрогнули. Было видно: похвала от молчаливого командира пришлых военных пришлась бородачу по вкусу. Он сухо кивнул на каменную лестницу, ведущую к административному корпусу:

— Будут вопросы — мой кабинет на втором ярусе. После заката двери не запираю, но за стрельбу в коридоре вычту из залога.

Коротышка развернулся на подкованных каблуках и утопал прочь. Корнев перевел взгляд на Лешего:

— Саня, остаешься за старшего. Режим дежурства — усиленный.