Народ стянулся быстро — все уже знали, что день особенный. Шип встал сбоку от ступеней, Кара поднялась ко мне. Я оглядел лица и заговорил, не повышая голоса.

— Скоро в эти ворота войдёт комиссия Совета. Все бароны Семи Хвостов разом, дознаватель Канцелярии и гость с Дракона. До того дня двор живёт в положении осады, карантин всё тот же. Но теперь дозоры двойные, день и ночь. Вольеры вылизать так, чтобы дознавателю плюнуть было некуда — а он поищет, уж поверьте. Чужих к зверям не подпускать, любой разговор — через заслонку и через меня. Увидели у стен незнакомца, хоть нищего — запомнить лицо и доложить Веркану. И последнее. До проверки из питомника никто не выходит.

Двор загудел вполголоса. Тарк поднял руку.

— Смотритель, а это... Мне бы в город на вечерок. Я ж там обещал долг вернуть, в гонке жуков проиграл...

— После проверки отдашь.

— Так у Кривого проценты капают!

— Скажешь — я велел ждать, ты не при чём. А если кто надумает спускать с тебя шкуру — присылай его ко мне, я с ним сам поговорю.

Тарк прикинул, во что Кривому встанет такой разговор, и расплылся.

— А мясо? — Лам смотрел на меня, не мигая. — Пат привезёт туши.

— Верно. Телега стоит на тракте, туши принимаем там, сам Пат во двор не заходит.

Лам с достоинством кивнул.

А вот Веркан мрачнел на глазах. Он стоял, скрестив руки, и за всё собрание ни разу не кивнул — хотя обычно первым прикидывал, как перестроить дозоры под новый приказ. Кара заметила раньше меня.

— Веркан. — Она склонила голову набок. — Ты чего такой смурной?

— Мне не очень нравится такой порядок, — ровно ответил наёмник.

Я посмотрел на него.

— И почему?

Веркан взглянул мне в глаза и промолчал. Без вызова, но и без раскаяния — просто стоял и не отвечал старшему при всём дворе. Стало тихо, только Таран заскрёбся в своём вольере.

— Ворота вон там. — Я качнул подбородком в их сторону. — Могу открыть прямо сейчас. Если выйдешь — насовсем, расчёт Кара выдаст. Порядок здесь один на всех.

Пауза повисела ещё немного. Веркан первым отвёл взгляд.

— Принял, Смотритель. — Голос у него не дрогнул. — Дозоры перестрою сегодня же.

— Вот и договорились.

Люди разошлись. Наёмники взаперти киснут, это их порода — но нужна железная дисциплина. Однако я отметил недовольство Веркана и пошёл в кабинет — впереди было дело потяжелее осадных правил.

Послал за Мортой Нойса. Она пришла с мокрыми по локоть руками, второпях вытирая их о передник, Тил протиснулся следом и пристроился у стола.

— Садитесь, Морта. Разговор короткий и не из приятных. — Я подождал, пока она опустится на стул. — До конца проверок вы с Тилом уходите домой. Сегодня.

— Как — домой?.. — Она выпрямилась. — Не поняла? Я что-то сделала не так?

— Отвар Тила возьмёте с собой с запасом. Мальчик стабилен, приступов не будет, но здесь вам находиться нельзя.

— Дядь Рик! — Тил вскинулся. — А язык?! Я ж ещё не выучил, Нойс сказал, у меня хвостики кривые, пишу плохо...

— Это не обсуждается. — Я посмотрел на него сверху. — Учи по памяти.

— Да почему уходить-то?!

Вот теперь главное.

— Морта, через восемь дней в этот двор войдут чужие люди, и у меня есть основания предполагать, что Тил может быть интересен некоему барону Тшену. В мальчике кровь главной линии клана Песков. Так вот, эта кровь тянет за собой наследство. Я не про земли или угодья, про нечто гораздо более ценное, чего мы ещё не знаем до конца. Пока что эта тайна держится. На соплях, но держится.

— У меня есть наследство? — Тил аж привстал. — Какое?

— Вот разберемся с вашей книгой и узнаем. До тех пор об этом не думай. Но никому не говори. Понял?

— Я молчать умею, — насупился он. — Как Нойс.

Морта стиснула передник в кулаках, но слушала молча и ни разу меня не перебила. Про то, что за его кровью стоит ещё что-то, она услышала впервые, и додумывать умела не хуже моего. Мать всё-таки.

— Теперь главное, Морта, — она подобралась, и я продолжил. —Может случиться так, и на то есть основания, что Тил способен завладеть Зверем Духа гораздо раньше своего двадцатилетия. И все его проблемы уйдут. Всё, что тебе нужно делать, класть мокрую тряпку под затылок. Пока что этого хватит.

— Тряпку под затылок... — Она повторила слово в слово. Помолчала и заговорила уже о своём, торопясь. — А кормить как обычно?

— Ничего не меняется, — я улыбнулся её заботе. — Пусть бегает, веселится, но не допускай стресса.

— Поняла. — Она поднялась, комкая передник. — Рубахи соберу. — И уже у двери обернулась. — Смотритель. Это же на время? Вы его не...

— До конца проверок. Потом вы вернётесь. Даю слово. Это ради вашей же безопасности.

Собрались они за час. Тил сунул за пазуху свою деревянную игрушку — с ней он так и не расставался — Нойс молча ткнул его кулаком в плечо, а мы с Серым проводил обоих до самых ворот. Я смотрел вслед, пока две фигуры в сопровождении Тарка не свернули с тракта.

Это был последний раз, когда кто-то из команды покинул питомник.