— Погоди-ка. То-то он грязь на шее натирает... — Травинка замерла. — Так это он огонь высекает?

— Можно сказать и так. Это заложено природой.

Шип помолчал, глядя в стол. Я догадывался, сколько зверей сейчас встало у него перед глазами — все те, кого он укрощал неправильно.

— А Хром? — спросил он. — Ему вернуть можно?

— Честно? Не знаю. — Пожал плечами. — Но у гривошипа есть шанс. Нужен валун, чуть раздробим и поглядим. Отзовётся — значит, что-то я понимаю. И Хрома гляну, но обещать не буду.

— Валун я найду, — сказал Шип.

— Только давайте-ка поговорим не о стариках. — Я отставил кружку. — Этих мы лечим и ладно. А вот требование барона Корфа было предельно простым — ему нужно золото и полноценная работа питомника. А значит, нам нужен молодняк. Брать зверя до того, как его сломают и растить в правильной среде, с правильными условиями — и продавать одну тварь за бешеные деньги. Такое на всём архипелаге не делает никто. Никто даже не знает, что это возможно.

Кара сидела очень прямо, и я видел, как у неё в глазах загорелся азарт.

— Стой. — Она подняла ладонь. — Начнём с гривошипа. Он и есть наша вывеска. Если он даст стихию огня, и Корф поймёт, что ты действительно это можешь делать... что с первым гривошипом была не случайность… — Она сглотнула. — Рик, старый зверь с огнём! Представь! Про него все забыли, а мы вернём ему стихию! Барон должен увидеть это, Рик. После такого он нам молодняк сотнями потащит.

— Столько не надо, — хмыкнул я. — Надорвёмся. Но мысль верная, с гривошипа и начнём. Сегодня же.

— Посчитаю, что нам даст... — начала сестра, и я поднял руку.

— Посчитаешь, но потом. — Радужную часть разговора пора было закрывать. — Есть кое-что, что стоит между нами и всеми этими планами.

Оба посмотрели на меня. Травинка Шипа перекочевала в левый угол.

— Проверка. — Я выдержал паузу. — И это будет очень серьёзно, народ. Придут все бароны Совета Семи Хвостов. С ними дознаватель Ольм — а этот старик видит насквозь, уж поверьте. Мельса, а до кучи ещё и барон Тшен с Дракона. Человек, чей корабль привёз в город заразу, будет ходить по моему двору и искать, к чему прицепиться. Хочет ли он закинуть заразу в наш питомник? Или другие цели? Или он вообще не при чём? Чуть что прицепится, и совет спустит с нас шкуру, а Жало умоет руки. Это слова Аэрина.

Кара медленно поставила кружку, теперь девушка выглядела встревоженной.

— Мы сдадим Притворщика Гордею, всё как планировали, — продолжал я. — Значит, всё до последнего гвоздя должно быть безупречно. Поэтому слушайте, обоих касается. С этой минуты Соляной живёт в режиме подготовки. Кара — все бумаги, от лицензии до кормовых записей, все поставки, документы, всё на тебе. Найди мне каждую расписку, каждый зарегистрированный документ Канцелярии. Шип, с тебя звери, загоны, инвентарь и люди. Прогони всех как в первый день. Я беру на себя изолятор, Тарана, гривошипа и всё, что касается Тшена. Вопросы?

— А если не успеем что-то сделать? Или докопаются? — тихо спросила Кара.

— Успеем. — Я поднялся из-за стула, игнорируя второй вопрос. — У нас нет варианта не успеть. Скоро в эти ворота войдут все хозяева этого архипелага разом. Вот и покажем им, как выглядит лучший питомник Юга.

Я не стал говорить им главного. Не стал грузить Кару тем, что Тил — прямой наследник уничтоженного клана, и в наших руках находится ключ к какому-то высшему хищнику Севера. Сейчас это лишнее. Сначала мы закроем все текущие вопросы.

Мы не знали двух вещей. Первое — что конкретно делать, парни все ещё изучали книгу Песков. И второе — не утопит ли Совет всех нас в крови.

За такое-то знание.

Глава 4

Мы разошлись на работы, и всё вокруг закрутилось с удвоенной силой. Шип выстроил Сорма с Иланом и погнал по нашей «технике безопасности» заново, как в первый день — от ворот то и дело долетало его «повтори». Кара утащила в кабинет ящик с расписками. А я налил старику варево и пошёл к его загону — с гривошипа обещал начать, с него и начал.

Зверь вылакал ведро до дна, и пока он гонял его мордой по полу, я запустил обе ладони под гриву.

Поле Резонанса повело вглубь, ещё дальше предыдущего осмотра. В тот раз я решил, что узлы просто ссохлись от простоя... Но сейчас видел саму кладку ткани, и картина была хуже.

Каждый узел врос в мозоль. Плотный застарелый фиброз оплёл их волокнами и намертво сросся с нервной тканью. Как корни дерева с кладкой камня. Кровью такое не размыть, да и теплом не разогнать.

Я повёл поле выше, вдоль шейных позвонков, и нашёл, откуда всё началось. Поперёк мышц шеи тянулся широкий продавленный желоб, кость под ним наросла грубым валиком — так она отвечает на многолетнее давление.

Железо.

Зверь годами ходил в ошейнике, и ровно по линии запальных узлов стихии. Раньше я бы такое даже не разглядел.