Я выхожу из ветки сообщений и закрываю сайт движениями, которые остаются спокойными и контролируемыми, несмотря на ураган, бушующий у меня в голове. — Скажи Мартину, чтобы он немедленно достал советнику кнопочный телефон. — Мне нужно знать, не скомпрометировали ли Джейсона. И мы не можем рисковать, оставляя цифровые следы или позволяя перехватить наш звонок.

— Уже сделано. Советник на связи. — Он машет телефоном, проходя в мой кабинет. Он протягивает его мне, и я подношу трубку к уху.

— Алло, Рафаэль, — голос Джейсона тих и осторожен. Он, должно быть, видел меня в ресторане после того, как я застрелил человека, пытавшегося убить Эмилию. Я никогда не упоминал, что буду там.

— Кто-то приходил к тебе под стражей? Тебе предложили сделку? — Я перехожу прямо к делу.

Повисает тяжелая пауза, прежде чем он отвечает. — Да. Женщина. Она не удосужилась представиться. — Его голос становится еще тише. — Она хотела знать о моих отношениях с тобой... попросила следить за тобой. Шпионить.

Бинго. Как я и думал.

— Опиши ее.

Мои подозрения подтверждаются, когда он говорит. — Пожилая латиноамериканка, вероятно, за 50, но все еще моложавая. Ни одного седого волоса. И, кажется, она занимает высокий пост — другие агенты обращались с ней с почтением.

Стейси Родригес.

Моя рука сжимает телефон.

Значит, я точно попал в поле ее зрения — хотя, честно говоря, я, вероятно, был там уже больше десяти лет. Сначала, когда она послала Эмилию за мной десять лет назад, и особенно после того, как я стал свидетелем убийства ею Томасси.

Скорее всего, она подпитывает ненависть Эмилии, потому что боится, что я ее раскрою.

Рейд на ресторан прошлой ночью, к черту, даже расследование Эмилии против Джейсона Мура с самого начала — все это было не для того, чтобы держать коррумпированного советника в узде или остановить его преступления. Это было из-за меня. Возможно, это всегда было из-за меня.

У нее личный интерес ко мне.

— Что ты ей сказал? — спрашиваю я, хотя уже знаю ответ. Инстинкты выживания Джейсона сильнее его лояльности.

— Я принял сделку, чтобы спасти свою шкуру, очевидно. Но вот я здесь, сдаю ее тебе. Черт, это все выше моего уровня оплаты, Рафаэль. Мне это не нравится. Сначала Сергей, теперь это? Я чувствую себя в ловушке какого-то шпионского триллера. Я хочу выйти.

— У тебя отлично получается. Все будет хорошо.

— Можешь дать мне слово — твое настоящее слово — что ты сможешь защитить меня от русских и федералов, когда дерьмо ударит по вентилятору? Если да, я продолжу быть твоим кротом. Но если нет, это последняя услуга, которую я могу для тебя сделать. Мне нужно думать о своем выживании. Я скажу им все, что знаю о тебе — и пошел ты и твои видео, которыми ты меня шантажируешь. Можешь выложить их по всему интернету. Мне все равно. Я просто хочу жить. — Его голос срывается в конце.

Жалко. Но предсказуемо.

— Тогда тебе стоит защищать себя. — Он больше не нужен мне. Он дал мне более чем достаточно информации.

— Последнее, — торопится он. — До того как Сергея выпустили из-под стражи, он пришел ко мне. Хвастался, что у него есть контакт, который вытащил его, как только услышал об аресте. Он прямо сказал, что новый директор ФБР — его контакт, но я не клюнул на это. Это ведь не может быть правдой... не может? — Он не ждет моего ответа, продолжая. — Ему также было любопытно, как ты узнал, что нужно быть в том ресторане. К счастью, он не заподозрил меня, но он очень интересовался женщиной, которую ты спас — хотел знать, кто она.

Черт возьми. — Спасибо, Джейсон. Оставайся в живых. — Я завершаю звонок и смотрю на свой стол долгим взглядом.

Кусочки головоломки сдвигаются — медленно встают на свои места. Слова Джейсона лишь подтвердили то, что я уже подозревал: недавно назначенный директор ФБР, питающая ко мне личную вендетту, находится не на той стороне закона, который она должна защищать.

То есть, если она действительно работает с Сергеем.

А Эмилия... моя прекрасная, безрассудная, бесящая Эмилия — застряла прямо посередине, делая себя идеальной мишенью для женщины, которая лгала ей годами.

Моя челюсть сжимается, когда в животе разрастается гложущее беспокойство.

Черт, у меня и своих битв достаточно. Бесит, что я должен беспокоиться о ней в дополнение ко всему остальному.

Но альтернатива — позволить чему-то случиться с ней — не вариант. Это никогда не было вариантом.

— Привезите Эмилию сюда, — говорю я Энцо, который отшатывается. — Мне все равно, придется ли тебя похитить ее, накачать наркотиками или принести сюда с криками и брыканиями. Просто привези ее сюда.

Я закончил играть с ней в эту игру в кошки-мышки.

Глава 29

Эмилия

Я просыпаюсь совершенно дезориентированная, морщась от безжалостного солнечного света, льющегося через открытые шторы прямо в череп. Черт, сколько времени? Перевернуться — все равно что двигаться сквозь патоку, но мне удается прищуриться на будильник. 14:08.

Я резко сажусь, но сразу жалею о резком движении, когда вся комната наклоняется и начинает кружиться. Желудок протестует.