— Напитки за счет заведения до конца вечера! — объявляю я, и оглушительный рев одобрения сотрясает воздух, весь клуб подхватывает волну моего настроения.

Когда музыка снова врывается, я хватаю пиджак со своего места и направляюсь к выходу.

— Эй! — окликает меня Мартин, стараясь перекричать шум. — Я был в середине обсуждения чего-то важного! Как насчет нашей встречи? Куда ты собрался?!

Я бросаю взгляд через плечо. — Энцо проведет встречу вместо меня. А что до меня? — Я делаю паузу, улыбка возвращается. — Я собираюсь отпраздновать с семьей.

Песня срывается с моих губ, когда я выхожу на улицу — я, блядь, насвистываю. Даже падающий снег не способен омрачить мое приподнятое настроение, хотя он, несомненно, создаст пробки. Но ничто не может испортить этот подъем.

Я скольжу на заднее сиденье моего Роллс-Ройса, где Альфред уже сидит за рулем. Я называю ему пункт назначения, и он выезжает с парковки, две машины с моими людьми строятся за нами. Не чрезмерно — просто необходимо. В конце концов, мои братья и я, а также их семьи, все соберутся в одном месте, вдали от безопасности наших крепостей. Такая концентрация делает нас соблазнительной мишенью. Враги, без сомнения, попытаются нанести удар и уничтожить нас.

К счастью, больница, принадлежащая Джианне, означает, что Майкл может взять на себя охрану. Если кто и может превратить больницу в крепость, так это он. Хотя, с другой стороны, больницы по своей природе — места с большим потоком людей, слишком много входящих и выходящих, чтобы полностью перекрыть доступ.

Как и предсказывалось, мы вскоре попадаем в пробку, машина еле ползет. Я рассеянно смотрю в окно, мыслями уже в больнице с моими новыми племянницами, когда всплеск цвета привлекает мое внимание. Прямо через дорогу, за ярко освещенной стеклянной витриной, находится что-то вроде детского магазина. И действительно, на блестящей вывеске написано «Детский центр», и место забито детскими товарами.

Импульс. Я отправляю короткое сообщение моей охране о моей спонтанной остановке, и прежде чем Альфред успевает сказать слово, я выхожу из машины.

Он припарковывается у обочины, пока я перехожу дорогу в магазин.

Внутри меня мгновенно ошеломляет буйство веселых воздушных шаров, цветов и бесконечных детских товаров, загромождающих каждую поверхность. Что вообще принято дарить новорожденным?

Ко мне подходит продавщица с вежливой улыбкой. — Вам нужна помощь с выбором, сэр? — Ее улыбка слегка меркнет, когда мои люди входят следом за мной, но она быстро берет себя в руки, сохраняя профессиональный вид.

— Я не уверен, что будет уместным подарком, — признаюсь я, сканируя ряды, словно смотрю на поле боя. — Честно говоря, я рассматриваю вариант просто купить весь магазин и доставить товары новым родителям. — Они смогут разобрать все в своем темпе и выбрать то, что нужно. С двумя детьми они, скорее всего, используют большинство вещей.

Продавщица смеется, словно я рассказал самую смешную шутку в мире. Когда я не присоединяюсь, ее веселье угасает. — О. Вы... серьезно?

Я хмурюсь. — Есть какие-то проблемы с этим?

— Ну, я полагаю, что получить товаров на целый магазин для новорожденных может быть немного ошеломляюще для новых родителей...

Справедливо. Если я сам так ошеломлен, глядя на все это, то они, вероятно, будут похоронены заживо.

— Знаете что, — быстро говорит она. — Я помогу вам. Какого пола ребенок?

— Дети, — поправляю я рассеянно, взгляд цепляется за связку розовых воздушных шаров в нескольких футах. — Девочки.

— Ух ты, двойня! Это что-то особенное. Хотите шары? Взять три будет отличным началом — по одному на каждую девочку и один для мамы. Поверьте, она оценит. О мамах часто забывают, когда рождается ребенок.

Этого нельзя допустить. — Я возьму три дюжины, — говорю я ей. — И две дюжины тех. — Я киваю в сторону витрины с розовыми и белыми розами в дальнем конце магазина. Что-то специально для Джианны.

Продавщица открывает рот, как рыба, выброшенная на берег, быстро моргает, затем кивает и машет второй продавщице, стоящей поблизости. — Хотите посмотреть нашу коллекцию детской одежды? Они довольно модные и лучшие, что вы найдете в городе.

Я позволяю ей провести меня в отдел одежды, и, клянусь, я почти вижу знаки доллара в ее глазах, когда она улыбается мне. Не желая разочаровывать, я жестом указываю на целый ряд крошечной одежды. — Я хочу все с этого стеллажа. По две штуки.

— Конечно, сэр, — мудро кивает она. — Сию минуту. — Еще один взмах ее коллеге.

Я провел внутри почти час. Она таскает меня по каждому отделу, показывая и советуя, а я продолжаю кивать и покупать. Носки, варежки, милые маленькие шапочки, одеяла, крошечные туфельки — зачем вообще нужна обувь для младенцев, которые не умеют ходить? Нелепость не мешает мне купить несколько пар разных цветов.

К тому времени, как мы заканчиваем, я практически скупил половину магазина, и улыбка продавщицы росла в идеальной синхронности с растущей суммой на кассе.