Я пишу Стю, спрашивая, не мог бы он зайти проверить ее, но через несколько минут понимаю, что он просто оставил меня в прочитанном. Он такой чертовски ненадежный иногда и, наверное, игнорирует меня, лишь бы не ехать.

Я набираю Эзру, что стоило сделать с самого начала, и он отвечает после первого гудка.

— Джек. В чем дело?

Он звучит так, будто говорит с набитым ртом.

— Эй, ты занят?

Должно быть, он чувствует тревогу в моем голосе.

— Это Анна?

— Нет. Ну... не уверен, честно говоря, но я не поэтому звоню.

Я объясняю ситуацию с Куинн и прошу его просто быстро забежать и проверить ее. Я заказал доставку еды раньше, но также прошу его захватить имбирный эль или что-то в этом роде, на случай если ей надоело пить Gatorade.

Если она вообще смогла что-то удержать в желудке.

Я смотрю на вход в больницу, сожалея, что оставил ее одну, даже ради сестры. Может, отказ приехать к ней стал бы тем самым грубым пробуждением, в котором она нуждалась.

Я понимаю, что, возможно, паникую, но Эзра, кажется, не против. Думаю, учитывая все происходящее, мое чрезмерное беспокойство не совсем беспочвенно.

— О, да, конечно, — говорит он, затем допивает свой напиток прямо мне в ухо.

— Ценю тебя. Я сначала написал Стю, но он меня полностью проигнорировал.

— Он придурок, — отвечает он. Я слышу, как он шуршит. — Я сейчас пойду и позвоню тебе, как только буду с ней, но уверен, все в порядке. Не нервничай.

Я выдыхаю с облегчением, вешаю трубку и тащу себя из машины.

Проходя через раздвижные двери больницы, мое сердце колотится. Стойка регистрации кажется барьером между мной и ответами, которые мне нужны. Я подхожу к ней, пытаясь говорить ровно.

— Здравствуйте, я ищу свою сестру, Анну Холлис — ее привезли сегодня утром после передозировки.

Администратор, женщина лет сорока, одаривает меня краткой вежливой улыбкой, прежде чем начать печатать на клавиатуре. Она слегка хмурится, просматривая экран, затем поднимает на меня взгляд.

— Простите, но у нас нет никого с таким именем.

Я моргаю, уверенный, что ослышался.

— Нет, должно быть, ошибка. Я получил сообщение из этой больницы, что у нее передозировка и ее привезли сегодня утром.

Ее выражение смягчается, но замешательство в глазах остается.

— Я понимаю, но ее нет в нашей системе. Дайте-ка я проверю еще раз.

Я стою, сердце колотится, пока она нажимает еще несколько клавиш, пролистывая что-то, чего я не вижу. Мгновения тянутся мучительно долго, пока она не качает головой.

— Мне очень жаль, но нет записи о том, чтобы кого-то с таким именем лечили или госпитализировали здесь сегодня.

Я чувствую, будто меня ударили в грудь. Земля уходит из-под ног, пока я пытаюсь осознать, что она говорит.

— Значит... ее здесь никогда не было?

Администратор бросает на меня извиняющийся взгляд.

— Похоже на то. У нас нет никаких записей о ней.

Я в замешательстве. Сообщение — это не было ошибкой. Я знаю, оно пришло из больницы. Мне дали неверную информацию? Это какая-то жестокая шутка?

Я отхожу от стойки, голос администраторши затихает, пока она говорит что-то еще, что я едва слышу. Я достаю телефон, перепроверяя сообщение. Номер больницы прямо здесь. Он настоящий, но это не имеет смысла.

Я набираю номер из сообщения. Гудок раздается дважды, прежде чем голос отвечает.

— Больница Святого Антония, чем могу помочь?

— Здравствуйте, я получил сообщение сегодня утром, что у моей сестры — Анны Холлис — передозировка и ее привезли к вам. Я сейчас в больнице, но нет записи о том, что она здесь была. — Мой голос напряжен, еле держится. — Мне просто нужно было проверить номер, с которого пришло сообщение.

Пауза, затем звуки печати.

— Простите, но у меня нет никаких записей о поступлении Анны сегодня. Вы уверены, что это была наша больница?

Я сжимаю зубы, пытаясь сохранять спокойствие.

— Да, уверен. Сообщение пришло с этого номера.

Еще одна пауза.

— Мне правда очень жаль, сэр. Я не знаю, что случилось, но здесь нет информации о вашей сестре. К тому же, больница не стала бы присылать сообщение о таком.

Я вешаю трубку, тяжесть замешательства и разочарования давит на меня. Ее здесь никогда не было. Мой желудок скручивает, пока я стою посреди больницы, чувствуя себя идиотом. Какого черта происходит?

Я смотрю на телефон, надеясь на какой-то ответ от Куинн или Эзры, но ничего нет.

30

Я НИКОГДА ТАК СИЛЬНО НЕ ЖЕЛАЛА, ЧТОБЫ МЕНЯ ВЫРВАЛО На КОГО-НИБУДЬ

КУИНН

Я просыпаюсь минуты, а может, часы спустя, в замешательстве.

Сначала я думаю, что нахожусь в полумраке своей комнаты в общежитии, но последние несколько дней накатывают на меня воспоминаниями, и горячая липкая жидкость, стекающая по руке и капающая с кончиков пальцев, говорит мне, что, где бы я ни была, ситуация нехорошая.

Я слышу лай Кронка, он сходит с ума где-то вдалеке. Должно быть, я все еще у Джека. Волна облегчения накрывает меня от осознания, что он в безопасности.

Или, по крайней мере, кажется, что в безопасности.